» Талибы захватывают соцсети

Опубликовано: 23.10.2021 20:37 Печать

iphone

Автор: Олеся ЕМЕЛЬЯНОВА

После прихода талибов (движение «Талибан», запрещено в РФ) к власти в августе этого года не утихают разговоры о том, изменилось ли движение с 90-х годов и каковы его современные сторонники. Сами талибы уверяют, что они изменились и готовы строить дружеские и плодотворные отношения с другими странами. В отличие от предыдущей версии движения, отрицающей современные технологии, нынешний «Талибан» прекрасно овладел техникой пиара и активно использует социальные сети для продвижения своей идеологии.

В недавнем интервью Associated Press представитель «Талибана» мулла Нуруддин Тураби отметил, что теперь талибы разрешат телевидение, мобильные телефоны, фотографию и видео, «поскольку это потребность людей, и мы серьезно к этому относимся». По его словам, сейчас движение рассматривает медиа как средство для распространения своих идей. Однако при этом он заявил о намерении вернуть казни и ампутацию конечностей, подчеркнув, что отрубание рук «необходимо для обеспечения безопасности».

Стоит отметить, что «Талибан» начал осваивать соцсети задолго до падения Кабула. По информации американских экспертов, сторонники движения присутствуют в Twitter с 2011 года, в Telegram – с 2014-го, а к 2019 году они научились использовать хештеги для продвижения своих постов.

Во время правления администрации Ашрафа Гани талибы активно использовали Twitter в качестве инструмента пропаганды, сообщая о своих победах и потерях противника. Информационную войну, впрочем, вела и другая сторона.

Кроме того, талибы пользовались соцсетями и в дипломатических целях. В частности, в ходе ведения переговоров с предыдущим правительством политический офис движения в Дохе регулярно информировал в соцсетях о проведении встреч и международных визитах.

После падения Кабула Facebook, WhatsApp, Instagram и Tik-Tok начали удалять аккаунты «Талибана», ссылаясь на закон о санкциях США. Однако талибы продолжили создавать новые учетные записи. Они также остаются активными пользователями Twitter, который их пока не блокирует. Это, в свою очередь, возмутило сторонников Дональда Трампа, напомнивших о пожизненной блокировке экс-президента в Twitter.

Между тем аналитики отмечают, что по большей части талибы ведут соцсети аккуратно, не призывая к насилию и не нарушая предусмотренных правил. По мнению экспертов, столь умелое использование социальных сетей говорит о том, что талибов консультируют пиар-компании.

«Эти аккаунты ведутся не лидерами или бойцами “Талибана”, они ведутся людьми, у которых есть непрерывный доступ в интернет как с компьютера, так и с портативного устройства, и которые прилично владеют английским языком», – рассказал Washington Post исследователь дезинформации в социальных сетях из Университета Клемсона Даррен Линвилл.

Наибольшее количество подписчиков (около 535 тысяч человек) в Twitter имеет представитель катарского офиса талибов Сухайль Шахин. Именно его талибы хотят назначить представителем Афганистана в ООН.

Второе место по количеству подписчиков (более 405 тысяч) занимает еще один представитель талибов, Забиулла Муджахид. На протяжении долгого времени он делал заявления от имени движения и давал интервью, однако до входа талибов в Кабул в августе его никто не видел. В связи с этим возникли слухи, что под этим именем скрываются несколько человек. 17 августа Муджахид впервые предстал перед публикой и дал первую пресс-конференцию в афганской столице. Впоследствии талибы назначили его заместителем министра информации и культуры во временном правительстве. После прихода талибов к власти Муджахид продолжает активную деятельность в качестве представителя движения и дает многочисленные интервью, в том числе российским СМИ.

Аккаунты в Twitter имеют и другие представители «Талибана», среди которых Мохаммад Наим Вардак (более 253 тысяч читателей), Кари Юсуф Ахмади (около 80 тысяч) и Кари Саид Хости (более 183 тысяч подписчиков).

По информации британского Би-би-си, Хости занимался привлечением сторонников «Талибана» в социальные сети. В интервью изданию он сказал: «У наших врагов есть телевидение, радио, подтвержденные аккаунты в социальных сетях, а у нас их не было, но мы боролись с ними в Twitter и Facebook и победили их». В настоящее время он занимает должность пресс-секретаря МВД.

Есть аккаунт в Twitter и у маулави Амира Хана Муттаки, исполняющего обязанности министра иностранных дел. Он был зарегистрирован в сентябре этого года, судя по всему, после назначения главы МИД. На данный момент у него всего около 6,4 тысяч читателей, и аккаунт не обновлялся на протяжении нескольких недель. Тем не менее, о деятельности внешнеполитического ведомства регулярно пишет в Twitter назначенный талибами представитель МИД Абдул Кахар Балхи. Сейчас у него более 40 тысяч подписчиков. Как правило, сообщения дублируются на двух языках: пушту и английском.

В Twitter также зарегистрирован Анас Хаккани, брат лидера группировки Хаккани (запрещена в РФ) и нынешнего главы МВД во временной администрации талибов Сираджуддина Хаккани. Сейчас у него более 160 тысяч подписчиков. Вскоре после взятия Кабула талибами на его странице появилась запись, что «война окончена» и «настало время прощать». Его посты доступны на четырех языках: пушту, дари, английском и арабском.

У Сираджуддина Хаккани аккаунта нет. Однако представители талибов рассказали прессе, что движение решило расширить присутствие в Twitter для продвижения его статьи, опубликованной в американской газете New York Times в феврале 2020 года. Колонка под названием «Чего мы, талибы, хотим» вызвала широкий общественный резонанс как в Афганистане, так и за пределами страны. Обозреватели обратили внимание на стиль статьи, отметив, что ее язык больше похож на язык западного аналитика, чем лидера вооруженной группировки. При этом на момент публикации Сираджуддин Хаккани уже находился в розыске ФБР как один из самых опасных террористов, за информацию о его местонахождении обещано 10 млн. долларов.

В соцсетях создаются и фейковые страницы талибских лидеров. Как сообщают сами талибы, у главы временного правительства Мохаммада Хасана Ахунда аккаунта нет. Однако, по данным афганского информационного агентства «Пажвок», под его именем созданы две фейковые страницы в Facebook и одна в Twitter. В свою очередь, от лица его заместителя муллы Абдул Гани Барадара, также не зарегистрированного в соцсетях, ведутся 10 фейковых страниц в Facebook и 8 аккаунтов в Twitter. У вышеупомянутого Забиуллы Муджахида – 17 фейковых аккаунтов в Facebook и один в Twitter.

Социальные сети получили популярность и у рядовых членов «Талибана». После падения Кабула соцсети заполонили фотографии боевиков, позирующих на аттракционах в местных парках. Американское издание Wall Street Journal сообщало, что сын основателя «Талибана» и глава Минобороны в правительстве талибов мулла Мохаммад Якуб призвал талибов перестать делать селфи. По его словам, это может поставить под угрозу безопасность лидеров движения, попавших в кадр.

Эксперты отмечают, что сторонники талибов в социальных сетях размещают контент, направленный на формирование положительного имиджа новых властей.

«”Талибан” использует изощренную стратегию в социальных сетях, чтобы общаться как внутри страны с Афганистаном, так и за ее пределами с мировым сообществом, от которого им требуется помощь и признание в качестве законного правительства», – подчеркнула профессор Школы коммуникаций Американского университета Джейн Холл в интервью арабским СМИ.

Она уточнила, что талибы «используют пропагандистские видеоролики и социальные сети, чтобы попытаться сообщить и убедить в том, что они – законное правительство, находящееся у власти, миролюбивый союзник афганского народа».

В числе приверженцев «Талибана» встречаются пользователи, называющие себя редакторами, фотографами, графическими дизайнерами, кинооператорами и режиссерами. Размещенный визуальный контент свидетельствует о том, что они владеют современными компьютерными программами. В Youtube, например, они размещают ролики по изготовлению исламского плаката в Photoshop.

Среди сторонников движения в Twitter есть также «директор по журналистике», «мирный активист» и даже «защитник прав человека и женщин».

На всех площадках они продвигают новый образ движения и заявляют о намерении дружить со всем миром, однако мир им верить пока не готов: до настоящего времени правительство «Талибана» не признала ни одна страна. Из Афганистана продолжают поступать сообщения об этнических чистках, убийствах, насильственных переселениях и других нарушениях прав человека. После прихода талибов к власти в стране закрылись 70% СМИ, многие журналисты потеряли работу, другие опасаются угроз и давления. Сможет ли «Талибан 2.0» убедить мир в реальных переменах и получить международное признание, пока остается неясным.

Олеся Емельянова


Быстрая доставка материалов в Telegram

Вооруженная оппозиция

Другие материалы

Главные темы

Мы на связи

Авторы

Игорь СУББОТИН
КОРГУН Виктор
ПОЙЯ Самеулла
Анита АХМАДИ
ГЕРАСИМОВА Алевтина
КОНАРОВСКИЙ Михаил
Все авторы