» Источники финансирования движения Талибан* (2001-2021 гг.)

Опубликовано: 13.01.2023 21:50 Печать

Наркотики

Автор: Ольга МИТРОФАНЕНКОВА

Об авторе: Ольга Евгеньевна Митрофаненкова– кандидат исторических наук, младший научный сотрудник Института Востоковедения РАН. Материал является частью текста, подготовленного для сборника статей.

Несмотря на то, что в 2001 г. в результате антитеррористической операции «Несокрушимая свобода» движение Талибан (запрещено в России) практически полностью было разбито, в августе 2021 г. им снова удалось прийти к власти в Афганистане. Безусловно, немалую роль в их повторном возвращении сыграли источники финансирования, которые помогли им не только восстановиться, но и снова получить влияние и контроль над страной.

После ввода иностранных войск во главе с США в 2001 г. в Афганистан движение Талибан было отстранено от власти, значительная часть группировки нашла убежище в Пакистане. В этот период талибы для восстановления своих сил крайне остро нуждались в финансовых ресурсах.

Основными задачами талибов в начале 2000-х было нарастить силы, а также вернуть свои былые позиции в Афганистане.

Постепенно, после событий 2001 г., остатки талибов начали перегруппировываться и восстанавливаться. Сообщалось, что духовный лидер движения мулла Омар связался со своими заместителями и поручил им организовать своих бойцов, забрать новобранцев из пакистанских медресе, найти тайники с оружием и собрать средства. Торговцы наркотиками стали одними из первых, кто предоставил средства для помощи талибам.

По некоторым оценкам, доход от наркотиков мог составлять от 20 до 40% всего дохода талибов в период с 2001 по 2014 гг. Данный источник финансирования всегда играл значительную роль в обеспечении талибов. Наркобизнес стал значимым источником, который способствовал началу восстановления Талибана после отстранения движения от власти в 2001 г.

Несмотря на то, что в 2003 г. талибы еще полностью не восстановили свои силы (а также и влияние в Афганистане) и были плохо организованы, им удалось установить контроль над производством наркотиков в ряде областей на юге страны. В этот период за счет финансовых поступлений от наркоторговли «Шура-е-Кветта» (главный военно-политический орган талибов, действовавший на территории Пакистана) удавалось сохранять контроль над слабо организованными талибами.

Другим ресурсом финансов, кроме наркобизнеса, стали налоговые поступления от крестьян. В 2000-е гг. талибы тайно собирали налоги на опий с крестьян на подконтрольных им территориях. К подобному сбору налогов они начали прибегать еще в 1990-е гг. В тех областях, где не было явной доминирующей силы, периодически происходили столкновения между командирами талибов, преступными группировками и чиновниками, которые также получали нелегальные доходы от наркобизнеса. В этот период шла активная конкуренция между различными силами за контроль над наркобизнесом. Отсутствовал единый центр, который бы полностью держал в своих руках производство наркотиков в стране. В свою очередь, сложившаяся ситуация способствовала как дестабилизации ситуации в отдельных областях Афганистана, так и подрыву влияния центральной власти.

Для того, чтобы получать стабильный доход от наркотиков, талибы выступили в качестве защитников крестьян, выращивающих опийный мак. Традиционный сбор дохода от наркотиков в 2000-е гг. выглядел следующим образом (как было отмечено ранее, схема сбора налогов с крестьян осталась неизменной с 1990-х гг.):

1) Командиры Талибана собирали с крестьян, выращивающих мак, налог «ушр», который был равен 10% стоимости урожая;

2) Для увеличения своего дохода бойцы талибов весьма часто работали на маковых полях во время сбора урожая (из всего процесса наркопроизводства именно сбор опия-сырцы является самым высокооплачиваемым, а также и наиболее трудоемким);

3) Мелкие торговцы, покупавшие опий-сырец у крестьян, также платили талибам налог. Помимо этого водители, которые занимались перевозкой наркотиков, платили талибам транзитный тариф за каждый килограмм опия-сырца или готового наркотика, вывезенного контрабандой из Афганистана;

4) Талибы также получали плату за охрану нарколабораторий, где из опия-сырца производили героин;

5) Самым значительным источником дохода для талибов от наркотиков стали регулярные платежи крупных организаций, занимающихся незаконным оборотом наркотиков. Данные платежи поступали напрямую в «Шура-е-Кветта», куда входили лидеры талибов, проживавшие в городе или вблизи пакистанского города Кветты, столицы провинции Белуджистан.

Из вышесказанного очевидно, что наркобизнес был для талибов важным источником их финансирования. При этом значимой его особенностью стала возможность получать доход в весьма короткие сроки, что позволило талибам в начале 2000-х гг. снова заявить о своих притязаниях на влияние в Афганистане.

Стоит отметить, что соседние с Афганистаном страны также играли значительную роль в росте доходов талибов от наркобизнеса. Прежде всего, через их территорию пролегли основные маршруты афганского наркотрафика. В то же время, через эти же страны совершались нелегальные денежные переводы через систему «хавала» (неформальная система перевода денежных средств и ценностей на основе взаимозачёта требований и обязательств между брокерами).

По данным Института EastWest, Пакистан, Иран, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) стали основными центрами транзакций для «финансовых потоков, связанных с производством и незаконным оборотом афганских опиатов». В этих же странах происходил и процесс отмывания денег. В последующем отсюда деньги переводились обратно наркоторговцам в Афганистан.

Ближе к 2014 г. стала отчетливо прослеживаться диверсификация источников финансирования талибов. Было очевидно, что в обеспечении финансами своей деятельности они старались опираться не на один источник дохода, а иметь возможность получать финансовые ресурсы из разных источников. Ими были созданы условия, в которых лишившись одного вида дохода, можно было опереться на другой. Ситуация, в которой талибы могли оказаться полностью без средств, таким образом сводилась к минимальной вероятности.

В 2000-е гг. Талибан по характеру своих действий напоминал больше мафию (например, вымогательство у бизнеса стало одним из источников дохода движения). В этот период талибы были не настолько четко организованы, как в 1990-е гг. Можно сказать, что они больше представляли собрание отдельных «бандитских» групп, относительно объединенных в единое целое, каждая из этих групп действовала с разной степенью автономии в Афганистане, имея тыл в Пакистане.

По данным ряда западных исследователей, кроме сбора налогов на опий с крестьян и наркобизнеса, талибы также собирали 10% «налог» (ушр) с местных владельцев малого бизнеса.

Целый ряд незаконных видов деятельности выступали в качестве источников финансирования для талибов. Согласно источникам (например, FATF, Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег), каждый из видов дохода в бюджете талибов служил для обеспечения конкретных задач. Так, полученные от налогообложения местной экономики доходы служили для проведения локальных операций и лишь в некоторых случаях направлялись наверх высшему руководству движения. Часть доходов, полученных от наркобизнеса, а также отчисления от строительных и автотранспортных компаний, от операторов мобильной связи, горнодобывающих компаний и от проектов помощи и развития поступали в финансовую комиссию Талибана (Движение Талибан уже имело к тому времени четкую структуру, в состав которой в 2010-е гг. входили различные «министерства»). Комиссия по финансам была подконтрольна высшему руководству движения. Различные виды пожертвований, в основном из арабских стран, поступали непосредственно высшему руководству талибов. Согласно данным ООН, в период с 2011 г. по 2012 г. бюджет талибов составлял 400 млн. долл. США, одна треть из которых была получена за счет торговли наркотиками. Безусловно, значительную долю в бюджете талибов составляли внутренние источники финансирования. Кроме наркобизнеса, к ним относились различные нелегальные налоги с крестьян и бизнеса, транспортные пошлины, рэкет и всевозможные виды вымогательства.

В период после 2015 г. под полный контроль талибов перешла и переработка опия-сырца в готовый продукт. Теперь доходы талибов от наркотиков складывались из налогов, которые они собирали с урожая на опий у крестьян, с лабораторий, где производили героин, и с налогов, которые платили торговцы за вывоз наркотиков из страны. Таким образом, после 2015 г. талибам удалось установить контроль над всеми сферами наркоторговли в Афганистане.

Талибы также продолжали диверсификацию источников своих доходов. Так, с водителей взималась транспортная пошлина за использование автомагистралей в регионах, контролируемых талибами. Они также продолжали взимать «ушр» и «закят» с населения. Эти налоговые поступления приносили до 160 млн. долл. США в год.

Важно отметить, что оценки Управления ООН по наркотикам и преступности касательно доходов талибов включали преимущественно доход от опия-сырца и налогов. Отчеты других международных организаций (например, RAND corporation) рассматривали уже доход в совокупности от всей наркоиндустрии. Наибольший доход приносили поставки в конечные рынки сбыта переработанного в героин опия-сырца, а также процесс последующего отмывания денег.

Производство и контрабанда наркотиков все предыдущие годы оставались весьма прибыльным источником дохода для талибов. По мере расширения подконтрольной талибам территории в последние годы рос и уровень их доходов от наркоторговли, а также и от сбора транспортных пошлин. Кроме этого, они активно взимали налоги практически во всех сферах в подконтрольных им районах.

В период с 2015 по 2021 гг. талибы продолжали расширять свои источники финансирования. С расширением подконтрольной движению территории расширялась и зона вымогательства легального бизнеса. Многие компании горнодобывающей промышленности, как мелкие предприятия, так и крупные компании, были вынуждены платить талибам, чтобы иметь возможность продолжать свой бизнес.

Помимо этого, талибы продолжали получать тайные финансовые пожертвования от частных доноров по всему миру. Значительная часть этих пожертвований поступала от благотворительных организаций и частных фондов, расположенных в странах Персидского залива – из региона, с которым у талибов в 90-е годы сложились тесные связи. Эти пожертвования могли составлять от 150 до 200 млн. долл. в год. Согласно данным правительства США, эти благотворительные организации входят в список групп, финансирующих терроризм. Среди них особое место занимают фонды из Саудовской Аравии и ОАЭ. На их долю приходился наибольший объем пожертвований талибам.

Среди фондов из Саудовской Аравии стоит отметить: Al-Haramain foundation («Аль-Харамейн», запрещенная в России организация). Al-Haramain Islamic foundation имеет свои отделения также в Индонезии, Сомали. Этот фонд и аффилированные с ним организации ранее вели деятельность в Боснии. В 2015 г. стали активными уже в Пакистане и в Афганистане. По данным ООН, на начало 2022 г. была замечена активность данного фонда в Нигерии и на озере Чад. Указанная за последние годы была замечена в финансировании движения Талибан. Пожертвования талибам также поступали и из Пакистана.

Установление контроля над большой частью территории открывало для талибов новые возможности получения дохода. Одним из них стало поступление от браконьерства дрофы (Дрофа – крупная и редкая птица, занесенная в Красную книгу, ценится в спортивной охоте) для саудовских и эмиратских шейхов. В последние годы талибы смогли эффективно диверсифицировать свои источники финансирования, что обеспечивало их вооруженную деятельность стабильным финансированием. В результате они не находились в зависимости от одного или двух источников финансирования.

В открытом доступе встречаются разные данные об объеме доходов талибов до повторного прихода к власти. В среднем, с учетом всех источников финансирования, их доход колеблется в последние годы в пределах от 300 млн. долл. до 1,6 млрд. долл в год. В источниках также отмечается, что в 2020 г. талибы могли заработать порядка 460 млн. долл. на наркобизнесе, что включало не только собираемые налоги, но и последующие процессы производства, незаконного сбыта наркотиков и отмывания денег, полученных таким путем. Как уже отмечалось, росту доходов способствовало расширение подконтрольной талибам территории, особенно установление контроля над районами, где сосредоточено крупное наркопроизводство в Афганистане (например: провинция Гельманд, которая считается оплотом талибов). По данным ряда международных аналитических центров, в 2019-2020 гг. бюджет талибов составил порядка 1,6 млрд. долл., включая доходы не только от наркоиндустрии, но и от источников указанных ранее.

***
Движение Талибан всегда отличало то, что оно хорошо формировало свое финансовое обеспечение, направленное на борьбу за власть. При этом развитие экономики государства и экономическая политика были их слабостью как в 1990-е гг., так и после 15 августа 2021 г.

Как следует из вышесказанного, все источники финансирования Талибана за двадцать лет можно разделить на внутренние и внешние. К внутренним источникам дохода, прежде всего, относятся различные налоговые поступления (в т.ч. собираемые нелегально), доходы от наркобизнеса, все виды вымогательства. К внешним источникам финансирования относятся различные денежные поступления, в т.ч. пожертвования из зарубежных фондов.

Если оценивать источники финансирования по значимости, то, безусловно, одним из самых значимых ресурсов для талибов в указанный период был наркобизнес. Именно при первом нахождении движения у власти в 1990-е гг. в Афганистане наркобизнес был окончательно оформлен в полноценную нелегальную индустрию.

Ольга Митрофаненкова


* Движение «Талибан» — запрещённая в России организация.


Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.


Быстрая доставка материалов в Telegram

Вооруженная оппозиция Наркоугроза

Другие материалы

Главные темы

Авторы

КОРГУН Виктор
КОСТЫРЯ Анатолий
Омар НЕССАР
ЭБАДИ Сагар
НЕКРАСОВ Вячеслав
ДУБНОВ Аркадий
Все авторы