» Политика недели: Подчиниться талибам или примкнуть к ИГИЛ

Опубликовано: 01.11.2021 17:30 Печать

Китай, талибы

Автор: От редакции 'Афганистан.Ру'

На прошедшей неделе новая афганская власть активно убеждала дипломатов в необходимости признать правительство «Талибана» (запрещенного в РФ), но пока в этом не преуспела — хотя Китай благосклонно отозвался о переговорах. Внешнее давление на талибов не ослабевает, активы не размораживаются, — а афганские политики делают резкие заявления, как будто их влияние осталось прежним.

Китай выбрал Барадара

Важное событие недели — встреча китайского министра иностранных дел Ван И с и.о.главы МИД Афганистана муллой Амиром Хан Муттаки и с вице-премьером правительства муллой Барадаром, которая прошла в Дохе. После этих встреч «Талибан» (запрещен в РФ) объявил, что Пекин предоставит Афганистану 1 млн долларов и обещает дополнительную гуманитарную помощь в размере 5 млн долларов. Представитель талибов Забиулла Муджахид поспешил пояснить, что на эти деньги будут куплены лекарства и продукты.

Сам Ван И сообщил, что встречи с высокопоставленными чиновниками временного правительства талибов «принесли пользу», поскольку укрепили взаимопонимание: Ван И заверил журналистов, что услышал от официальных лиц «Талибана» позитивные заявления по расширению инклюзивности режима, защите законных прав и интересов женщин и детей и борьбе с терроризмом. «Мы решили создать рабочий механизм по вопросу двусторонних обменов», — заявил Ван И, что прозвучало вполне обнадеживающе для талибов.

Что так вдохновило китайскую сторону? Мулла Барадар на встрече с Ван И заявил, что правительство Афганистана намерено извлекать уроки из собственного исторического опыта; что будут приняты меры по расширению инклюзивности правления, для участия в управлении будут привлекать профессионалов из всех этнических групп. Барадар также подтвердил, что афганские талибы готовы усилить защиту прав и интересов женщин и не будут лишать их права на образование и работу. «Женщины уже работают в медицинских учреждениях и других местах, девочки вернулись в начальные и средние школы во многих провинциях», — сказал он, отметив, что проблема — в отсутствии средств, и выразил надежду, что Китай поможет Афганистану преодолеть гуманитарный кризис.

Эти высказывания подтверждают репутацию муллы Барадара как лидера умеренного крыла талибов, и в том, что глава китайского МИД встретился именно с ним, инсайдеры видят сигнал, отправленный Пекином радикальным талибам во главе с Хаккани. Выбор партнера по переговорам отвечает пожеланию «умеренности внутренней политики», о которой снова во время встречи говорил Ван И, напомнив о «четырех ожиданиях» Пекина от новой афганской власти: это инклюзивная политическая структура, умеренная и стабильная внутренняя и внешняя политика, разрыв с террористическими силами и проведение мирной внешней политики в гармонии с другими странами.

«Главное — как этого достичь, — отметил Ван И. — Мы не одобряем безрассудное давление, еще больше мы выступаем против угроз санкциями», — и пояснил, что именно США и «некоторые страны» «несут неколебимую ответственность» за те трудности, с которыми сейчас сталкивается Афганистан, поэтому Китай «настоятельно призывает эти страны взять на себя должную ответственность и как можно скорее сделать некоторые реальные добрые дела для афганского народа».

Отдельной темой на переговорах в Дохе были действия «Талибана» против ИДВТ (Исламское движение Восточного Туркестана, запрещено в РФ), в котором Пекин видит реальную угрозу своей национальной безопасности и территориальной целостности. Ван И подчеркнул, что ИДВТ представляет опасность для обеспечения стабильности и долгосрочного мира в Афганистане, но он надеется, что «Талибан» примет эффективные меры для решительного подавления террористов. Мулла Барадар в ответ заверил, что «Талибан» придает большое значение проблемам безопасности Китая и никому не позволит использовать афганскую территорию для нанесения вреда соседу.

Ранее мы писали, что талибы переместили уйгурских боевиков из ИДВТ, которые базировались в провинции Бадахшан возле границы с Китаем, вглубь страны, и это можно было расценивать как уступку китайскому требованию безопасности. Однако «Талибан» уже проделывал подобное и во времена своего первого правления, тогда уйгурские боевики тоже были отведены от границ с Китаем, но не были уничтожены, как хотелось бы Пекину. То, что Ван И снова возвращается к этой теме, возможно, означает, что талибы после второго прихода к власти так и не выполнили всех условий Поднебесной.

Инсайдеры уверены, что китайская финансовая помощь и реализация экономических проектов будет зависеть от того, насколько успешно талибы решат эти вопросы безопасности. Тем более что Китай давно проявляет интерес к природным ресурсам Афганистана: еще в 2008 году две китайские государственные компании выиграли тендер на добычу меди в течение 30 лет на крупнейшем неосвоенном месторождении в Мес Айнаке, но добычу так и не начали.

Недра Афганистана невероятно богаты литием, который сегодня является одним из самых востребованных металлов и используется для производства аккумуляторов. Геологическая служба США USGS исследовала только треть афганской территории, но и этого хватило, чтобы оценить суммарную стоимость предполагаемых полезных ископаемых в 3 триллиона долларов. Если большинство развитых стран перейдут, как планируют, к 2030 году на альтернативные виды энергии, то литий резко вырастет в цене, став стратегическим сырьем.

ТАПИ начнется «скоро»

Кроме переговоров с Ван И, внешнеполитическим достижением правительства талибов можно считать переговоры с туркменской делегацией, которая прибыла в Кабул во главе с министром иностранных дел Рашидом Мередовым. Мередов встречался с главой правительства муллой Мохаммадом Хасаном Ахундом, главой МИД муллой Амиром Ханом Муттаки и министром обороны Мохаммадом Якубом. На всех встречах обсуждались два ключевых вопроса: безопасность на границе с Туркменистаном и судьба газопровода ТАПИ (Туркменистан — Афганистан — Пакистан — Индия). На пресс-конференции мулла Муттаки заявил, что переговоры были плодотворны, а практическая реализация ТАПИ «скоро начнется».

Сообщалось также, что талибы высказали заинтересованность в возобновлении и расширении торговли, а также в развитии железнодорожного сообщения из Туркмении в города Герат и Джаузджан. Мулла Муттаки предложил начать с облегчения выдачи туркменских виз афганским бизнесменам.

Мередов стал четвертым министром иностранных дел, который побывал с визитом в Кабуле после прихода к власти талибов. Ранее там провели переговоры главы МИД Катара, Узбекистана и Пакистана.

«Одним из важнейших вопросов для Туркмении является обеспечение безопасности границы, — сказал нам один из инсайдеров на условиях анонимности. — Поэтому глава туркменской делегации в Кабуле провел отдельные встречи с руководством силового блока временного правительства, в том числе с муллой Якубом».

Отметим, что беспокойство по поводу безопасности границы со стороны соседей — что Китая, что Туркмении или Таджикистана, — было спровоцировано самими талибами, когда они заявили, что к границам Таджикистана направлен батальон смертников. Особо сильную тревогу испытывают в Душанбе — настолько, что в СМИ появились сообщения о намерении китайцев построить для МВД Таджикистана военную базу неподалеку от афганской границы. Агентство АFP со ссылкой на источник в таджикском парламенте опубликовало подробности: якобы нижняя палата парламента Таджикистана уже одобрила план строительства базы в Ишкашимском районе ГБАО, причем Китай уже выделил на проект 8.5 млн долларов. Эту информацию почти сразу опровергли и в Душанбе, и в Пекине, однако представитель МВД Таджикистана пояснил, что правоохранительные органы обеих стран проведут совместные тактические учения в Горном Бадахшане, и «все необходимое снаряжение и расходы будут предоставлены и покрыты китайской стороной».

Будучи в Дохе, глава талибского МИД встретился с дипломатами из 14 стран, в том числе из Южной Кореи, Германии, Норвегии, Нидерландов и Японии. Как отмечает южнокорейские СМИ, встреча длилась около часа, но не имела большого значения, поскольку стороны подтвердили существующие позиции: дипломаты призвали «Талибан» соблюдать принципы международного права, уважать права человека и искоренить терроризм.

Тегеран-2021

27 октября в Тегеране состоялась вторая встреча глав МИД стран-соседей Афганистана, первая прошла онлайн в сентябре по инициативе Пакистана. В Тегеран прилетели министры Ирана, Пакистана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана; главы МИД России и Китая участвовали по видеосвязи. Представители талибов на встрече не присутствовали, хотя возможно, что их приезд обсуждался: во всяком случае, в Кабуле заявляли, что еще «не приняли решения» о своем участии. Ходили слухи, что талибы опасаются результатов саммита и потому заранее не одобряют тегеранскую встречу министров.

Один из инсайдеров пояснил нам, что талибы не исключали заявления в поддержку Фронта национального сопротивления, которая часто звучала в выступлениях иранских представителей. Однако в целом итоговое заявление встречи нельзя назвать критическим в отношение талибов. «Возможно, на риторику повлияло участие России и Китая», — предположил инсайдер.

Забиулла Муджахид отметил, что встреча «принесла положительные результаты» и что «Талибан» ожидает сотрудничества и признания, «чтобы мы могли взаимодействовать с миром, нашими соседями и регионом в качестве ответственной стороны».

Однако тезисы выступлений во многом повторяли сказанное на заседании «Московского формата», которое прошло всего за неделю до тегеранского саммита. Российский министр Сергей Лавров заметил, что «все представленные здесь страны приняли активное участие в недавнем заседании Московского формата», и поэтому важно, чтобы различные региональные и международные форумы по Афганистану «не дублировали, а органично дополняли друг друга».

При этом выступления российского и иранского министров во многом повторяли друг друга, особенно в той части, где они называли ответственных за ситуацию в Афганистане. Глава МИД Ирана Хосейн Амир Абдоллахиян сказал, что «США напали на Афганистан двадцать лет назад под предлогом борьбы с терроризмом и возродили нестабильность, войну и отсутствие безопасности в этой стране. Вашингтон бестактно и безответственно скрылся с места событий и создал ситуацию, с которой все мы сталкиваемся сегодня». Российский министр Сергей Лавров назвал ситуацию в Афганистане «закономерным плачевным итогом двух десятилетий навязывания американо-натовской модели государственного строительства» и обвинил США и «другие западные столицы» в том, что Афганистан был для них лишь «удобным инструментом для реализации узкокорыстных геополитических задач».

Говоря о возможности построить политический мир в Афганистане, иранский министр говорил о том, что инклюзивное правительство — не абстрактное требование мирового сообщества, а внутренняя историческая необходимость. Он напомнил, что Афганистан «является страной взаимодействия и сотрудничества между различными группами, и всякий раз, когда это взаимодействие и сотрудничество игнорировались, мир, стабильность и спокойствие в Афганистане оказывались под угрозой. Ни один механизм в Афганистане не просуществует без должного учета социальных и этнических соображений и нюансов. Внимание к этому опыту гарантировало бы стабильность и политическую преемственность, игнорирование — стало бы предвестником внутриафганских конфликтов. Втягивание Афганистана в новую гражданскую войну — не в интересах ни одной из соседних стран».

Иран предложил шесть пунктов, на которых должна стоять дорожная карта афганского урегулирования: создание инклюзивного правительства; признание ответственности «Талибана» за безопасность различных групп, включая женщин и этнические и религиозные меньшинства; ответственность «Талибана» за безопасность стран-соседей; срочные поставки в Афганистан гуманитарной помощи, включая лекарства, продукты и вакцины от COVID-19, для этого необходимо активизировать «Программу ОЭС по поддержке Афганистана» (ОЭС — Организация экономического сотрудничества, в которую входят Афганистан, Азербайджан, Иран, Казахстан, Кыргызстан, Пакистан, Таджикистан, Турция, Туркмения и Узбекистан). В качестве пятого шага Иран предложил разработать механизм сотрудничества служб безопасности и разведок, который бы позволил быстро обмениваться информацией и координировать действия. Шестой шаг — просить Генерального секретаря ООН выступить посредником, чтобы афганские стороны достигли соглашения о будущем политическом управлении страной.

Глава МИД РФ Сергей Лавров в своем выступлении был гораздо осторожнее в характеристиках талибов, чем он позволял себе раньше, до вывода американских войск. Сказав, что новая администрация в Кабуле — это «объективная действительность», российский министр отметил: «Перед Афганистаном открывается реальная, хотя и труднодостижимая возможность вернуться на международную арену в качестве ответственного и мирного государства». По словам Лаврова, среди обозначенных талибами целей — «включить во временное правительство представителей национальных меньшинств и политических сил, а провести впоследствии всеобщие выборы». Отметим, что до сих пор талибы относились к идее выборов с большим скепсисом, откуда у Лаврова эта информация, непонятно. Также Лавров повторил свой тезис, что Москва поддерживает создание подлинно инклюзивного афганского правительства, решительную борьбу с производством и контрабандой наркотиков, с международными террористическими группировками, «окопавшимися на территории Афганистана и манипулируемыми извне».

Разговор на саммите не мог не коснуться финансовой помощи Афганистану. Лавров подтвердил, что основными донорами должны стать страны Запада: «Именно те, кто довел страну до нынешнего состояния, должны нести основную ответственность. Настало время запустить мобилизационную работу по сбору ресурсов для финансовой, экономической и гуманитарной помощи афганцам», — сказал российский министр и уточнил, что Москва готова внести свою лепту, направив в Афганистан продовольствие, медикаменты и товары первой необходимости.

Министр иностранных дел Пакистана Шах Мехмуд Куреши призвал США разморозить афганские активы, чтобы не допустить трагедии в стране. Он подтвердил уверенность Пакистана в том, что страны-соседи напрямую заинтересованы в мире, стабильности и процветании Афганистана, и предложил продолжать разрабатывать скоординированный региональный подход.

Суть такого регионального подхода сформулировал глава МИД Узбекистана Абдулазиз Камилов. Он отметил, что Афганистан в обозримом будущем будет оставаться важным фактором региональной безопасности. Временное правительство обладает всей полнотой власти и стремится получить международное признание, и необходимо разработать постконфликтную стратегию в отношении Афганистана «в целях недопущения международной изоляции этой страны».

Министр иностранных дел Таджикистана Сироджиддин Мухриддин заявил, что Таджикистан поддерживает восстановление прочного мира и стабильности в Афганистане, и традиционно выразил озабоченность ситуацией в Панджшере и отсутствием в Афганистане демократических свобод. «Таджикистан решительно осуждает все формы беззакония, убийства, грабежи и преследования афганского народа, — заявил Мухриддин. — Наша страна не может оставаться равнодушной в эти тяжелые для Афганистана дни, когда весь афганский народ находится на грани гуманитарной катастрофы». Глава таджикского МИД отметил, что Душанбе всегда поддерживал только формирование инклюзивного правительства с участием всех общественных и этнополитических сил страны, и призвал международное сообщество стабилизировать сложную политическую обстановку и ситуацию в области безопасности путем переговоров.

Что касается выступления туркменского министра, то Рашид Мередов подчеркнул: Туркмения принимает регулярное участие в многосторонних диалогах по Афганистану и готова в качестве соседнего нейтрального государства содействовать созданию условий для скорейшего установления мира, согласия и единства в Афганистане.

Тегеранская встреча была устроена через неделю после заседания Московского формата, и некоторые аналитики увидели в этом проявление региональной конкуренции — ничем иным, кроме амбиций устроителей, нельзя объяснить проведение двух встреч почти с одинаковым составом участников и схожими тезисами выступлений.

В Москве не обсуждалась лишь «дорожная карта» Ирана, которая и легла в основу заявления, принятого по итогам тегеранской встречи. Кроме того, в документе ожидаемо говорилось, что страны-соседи поддерживают суверенитет, политическую независимость и территориальную целостность Афганистана, а также политику невмешательства в его внутренние дела, но будут решительно поддерживать Афганистан в достижении мира, стабильности и национального примирения, и призывают все стороны в Афганистане, включая талибов, продолжать политический диалог.

Инсайдеры, к которым мы обратились, считают пока малоэффективными подобные региональные встречи: они пока не повлияли ни на стабилизацию, ни на снижение рисков в области безопасности или миграции, не привели к размораживанию афганских активов и тем более к признанию правительства талибов.

Третью министерскую встречу стран-соседей Афганистана предложил организовать Пекин.

Халилзаду ответили на обвинения

Афганские политики, в том числе бывшие, резко ответили бывшему спецпредставителю США по Афганистану Залмаю Халилзаду на его интервью, которое он после отставки дал телеканалу CBS. Во время этого разговора Халилзад возложил ответственность за провал мирного плана США на бывшего президента Афганистана Ашрафа Гани. «Самая большая трудность заключалась в том, что президент Гани и несколько других афганских лидеров долгое время не верили, что мы серьезно относимся к выводу войск, — сказал Халилзад. — Статус-кво их устраивал гораздо больше, чем политическое урегулирование, поскольку иначе они могли лишиться работы и доступа к ресурсам, которые предоставляли США. Они предпочитали оставить все как есть». Халилзад признал, что давление Вашингтона на Гани могло быть значительно сильнее.

Такое перекладывание ответственности возмутило афганских политиков, которые стали говорить, что сам Халилзад не меньше виновен в провале мирного плана. Так, бывший глава МИД Афганистана Рангин Дадфар Спанта публично напомнил Халилзаду: разве не вы в доме Карзая (бывшего президента ИРА) грозили противникам фальсифицированной победы Гани на выборах? Спанта рассказал, что именно Халилзад выступал против проведения параллельной инаугурации Абдуллы Абдуллы, соперника Гани, пригрозив вмешательством американских военных. Напомним, что в марте 2020 года на инаугурацию Ашрафа Гани пришли спецпредставитель ООН в Афганистане, сам Халилзад, командующий войсками НАТО и США генерал Остин Скотт Миллер и сотрудники посольств США, Германии, Канады, Индии и Пакистана. Такой демонстративный десант стал неожиданностью для многих наблюдателей. «Господин Гани был марионеткой вашего аппарата, а вы — один из безумцев незаконной власти. История будет помнить вас, и мы, народ Афганистана, тоже не забудем этого», — написал Рангин Спанта в Twitter.

На интервью Халилзада ответил и бывший первый вице-президент Амрулла Салех, который обвинил дипломата в передергивании. «Халилзад был архитектором грандиозной схемы обмана, — написал Салех на своей странице в Twitter. — Стратегически он относился к Республике как к жертвенному козлу, заботясь о ней лишь до момента заклания. Интервью не замаскирует тот дурной запах, что идет от этого провала. Вместо того, чтобы признать катастрофу, они пытаются сделать афганцев виновными. Куда внезапно пропало упоминание о Кветте Шуре? Где девиз: либо все четыре пункта Дохинского соглашения, либо ни одного?» — напомнил Салех позицию американской стороны на переговорах.

Вообще же у Халилзада было немного союзников среди афганских политиков. После его отставки Рангин Спанта заметил, что «Халилзад завершил свою разрушительную роль в позорном процессе». Абдул Латиф Педрам назвал дипломата «предателем, действовавшим в интересах США». Бывший глава Управления нацбезопасности Рахматулла Набиль написал в Twitter: «Наконец-то этот мошенник был изгнан со сцены после того, как втянул Афганистан в необратимую катастрофу».

Рост террористической угрозы

На прошлой неделе движение «Техрик-е Талибан Пакистан» (ТТП, запрещено в РФ) провело военные учения, после которых к своим сторонникам обратился лидер ТТП мулла Нур Вали Мехсуд. По свидетельству афганских СМИ, Вали Мехсуд объявил, что в Афганистане установлено исламское правление, и теперь пришла очередь Пакистана. Напомним, что активность ТТП и «Армии освобождения Белуджистана» (АОБ, внесена в список террористических организаций в Пакистане, США и Великобритании) отдельно обсуждалась во время недавнего визита пакистанской делегации в Кабул, тогда в Афганистан прилетели главы МИД и МВД ИРП, а также бывший руководитель пакистанской разведки.

Тема роста террористической угрозы звучала на прошедшей неделе в Европе, США и Тегеране. Глава немецкой разведки BND Бруно Каль предупредил о возможном проникновении боевиков из Афганистана в Европу. О будущем восстановлении на территории Афганистана террористических «Аль-Каиды» и ИГИЛ (обе организации запрещены в РФ) говорил Пентагон: по словам заместителя главы ведомства по политическим делам Колина Кола, ИГИЛ может восстановить свой потенциал и начать представлять угрозу для США уже через 6-12 месяцев, а угроза со стороны «Аль-Каиды» возможна уже через один-два года. О возможных будущих угрозах со стороны Афганистана говорил и Залмай Халилзад в своем интервью CBS: «Нужно следить за ситуацией и не повторять ошибку, которая была до 11 сентября 2001 года, когда мы видели, как «Аль-Каида» развивалась, обучалась, организовывалась, и у нас не было серьезной стратегии в ответ на это». Рост активности ИГИЛ отмечается всеми, в том числе и правозащитниками: международная организация Human Rights Watch задокументировала увеличение числа атак боевиков ИГИЛ на шиитов, назвала эти нападения «преступлениями против человечности» и заявила, что «Исламское государство» представляет серьезную угрозу не только для хазарейцев, но и для других мирных жителей в Афганистане.

Об угрозе со стороны ИГИЛ, боевики которого находятся в Афганистане, постоянно повторяют и российские власти. В Тегеране российский министр Сергей Лавров напомнил, что под видом афганских беженцев в сопредельные страны могут проникнуть террористические и преступные элементы, этот же вопрос Лавров обсудил с таджикистанским коллегой Сироджиддином Мухриддином уже после тегеранского саммита.

Растущие угрозы провоцируют разговоры о возможном возвращении США в регион, что вызывает беспокойство Москвы. И хотя страны-соседи Афганистана уже неоднократно заявляли, что не предоставят территорию для размещения американской военной базы, вопрос этот не сходит с повестки — то CNN со ссылкой на свои источники пишет о намерении Вашингтона договориться с Исламабадом об использовании пакистанского воздушного пространства для проведения операций в Афганистане, то Сергей Лавров на встрече в Тегеране еще раз призовет не допустить военного присутствия США и НАТО в регионе, — а значит, этот вопрос остается актуальным. Тем более сам Лавров в интервью телеканалу «Россия 24» заговорил о «необходимости не допустить дестабилизации соседних стран и перелива террористической и наркоугрозы из Афганистана и о необходимости подавлять эти угрозы и внутри самого Афганистана». Кто будет заниматься подавлением внутри самого Афганистана — остается под вопросом, аналитики сомневаются в способности «Талибана» противостоять ИГИЛ, ряды которого, как пишет Wall Street Journal, уже пополняются за счет бывших силовиков прежнего афганского правительства: после разгрома северного сопротивления в Панджшере люди идут в ИГИЛ по двум причинам: получать хоть какой-то доход и иметь возможность противостоять талибам.

WSJ отмечает, что речь идет об офицерах УНБ (бывшая афганская разведка), обученных американцами афганских силовиках, которые сначала примкнули к северному сопротивлению, а после пришли в ИГИЛ. Пока число таких присоединившихся невелико, но есть вероятность, что их станет больше, и ИГИЛ будет трудно победить в ближайшие годы.

Отметим, что об этой возможности — примкнуть к ИГИЛ — говорил и афганский политик, лидер Партии исламского единства народа Афганистана (ПИЕНА) Мохаммед Мохаккик в интервью западным изданиям. «Давление талибов внутри страны — и изоляция сил сопротивления странами региона оставили народу Афганистана только два варианта: подчиниться талибам или примкнуть к ИГИЛ», — заявил Мохаккик. Он не назвал прямо, какую именно реакцию стран региона он имел в виду, но аналитики полагают, что речь о России.

Напомним, что некоторое время назад афганские политики, находящиеся за пределами страны, объявили о создании Высшего совета национального сопротивления Исламской Республики Афганистан, призвали талибов к переговорам и в случае отказа пригрозили начать военные действия. Представитель МИД РФ Мария Захарова в своем комментарии призвала «все этнополитические силы Афганистана отказаться от воинственной риторики и приложить все возможные усилия для завершения процесса национального примирения». Это заявление, которое было воспринято в Афганистане как проталибское, и могло вызвать столь резкую реакцию Мохаккика.

Тем не менее на прошедшей неделе Фронт национального сопротивления — к слову, не примкнувший к Высшему совету национального сопротивления, — сообщил о скором открытии офиса в Вашингтоне. Почти одновременно появилась информация о возможном открытии представительств ФНС и в некоторых странах региона. Сам Ахмад Масуд заявлял, что ФНС ведет партизанскую борьбу не только в Бадахшане, но и в провинциях Парван, Балх, Каписа, Баглан и Бадахшан.


Быстрая доставка материалов в Telegram

От редакции Политика

Другие материалы

Читайте также

Главные темы

Мы на связи

Авторы

ПАНФИЛОВА Виктория
ГЕРАСИМОВА Алевтина
ИВАНОВ Валерий
КОРГУН Виктор
Игорь СУББОТИН
Олеся ЕМЕЛЬЯНОВА
Все авторы