» Политика недели: Три дня без войны

Опубликовано: 11.05.2021 16:49 Печать

Кабул, Дашти-Барчи

Автор: От редакции 'Афганистан.Ру'

На прошедшей неделе в Кабуле произошел один из самых тяжелых терактов последних месяцев: от взрыва возле школы погибли десятки учениц-подростков. Талибы продолжают весеннее наступление, но при этом намекают, что все же готовы приехать в Стамбул на конференцию, если будут выполнены их условия.

Теракт в Дашти-Барчи и весеннее наступление

Сегодняшний день, 11 мая, президент Афганистана Мохаммад Ашраф Гани объявил днем траура по жертвам страшных взрывов в Кабуле и Логаре, в результате которых погибли десятки студентов и школьниц. Взрыв в провинции Логар произошел вечером 30 апреля, заминированный автомобиль въехал в гостевой дом в городе Пули-Алам, где в это время находились молодые люди, приехавшие поступать в местный университет. При взрыве в Логаре погибли и пострадали более 100 человек.

Второй теракт, беспрецедентный по своему масштабу, — взрыв автомобиля возле школы в хазарейском районе Дашти-Барчи в Кабуле, произошедший 8 мая. По последним данным, число жертв достигло 75 человек, большинство — ученицы-подростки, еще около 190 человек получили ранения.

Президент Ашраф Гани распорядился предоставить финансовую помощь семьям погибших, а также разработать план по обеспечению безопасности. Теракт осудили как внутри Афганистана: президент, глава Высшего совета по национальному примирению Абдулла Абдулла, бывший президент Хамид Карзай, другие политики, — так и другие страны и международные организации. Госдеп США призвал к немедленному прекращению насилия и бессмысленных нападений на мирных жителей, и спецпредставитель США по Афганистану Залмай Халилзад объяснил столь быструю реакцию Вашингтона тем, что «США осуждают гибель гражданских лиц». Генсек ООН Антониу Гуттериш назвал нападение на школу в Кабуле «ужасным» и заявил, что «виновные в этом преступлении должны быть привлечены к ответственности». С осуждением нападения на школу выступили Великобритания, Пакистан, представительство ЕС, назвавшее этот теракт «вопиющим нарушением международного гуманитарного права». МИД России не высказал ни соболезнований, ни осуждения, и такое молчание вызывает недоумение в Кабуле. Поскольку отсутствие реакции несовместимо со статусом страны-борца с международным терроризмом, на который претендует Москва, заявил депутат нижней палаты парламента Хуссейн Насири.

Но возможно, что Москва ограничится подписанием заявления Совбеза ООН, который вечером 10 мая осудил нападение на школу, заявив, что «терроризм во всех его формах и проявлениях представляет собой одну из самых серьезных угроз международному миру и безопасности». Члены Совета выразили «глубочайшее сочувствие и соболезнования семьям жертв и правительству Афганистана» и пожелали скорейшего и полного выздоровления раненым. Сегодня в СБ ООН входят, кроме пяти постоянных членов (США, Китай, РФ, Великобритания, Франция), еще десять стран: Вьетнам, Индия, Ирландия, Кения, Мексика, Нигер, Норвегия, Тунис, Эстония, Сент-Винсент и Гренадины.

Пока ни одна группировка пока не взяла на себя ответственность за теракт. Президент Ашраф Гани обвинил в этом «Талибан» (запрещено в РФ), однако талибы отвергли эти обвинения. Официальный представитель «Талибана» Забиулла Муджахид объявил, что движение не причастно к теракту, осудил нападение на школу и сказал, что вина за взрыв лежит на «Исламском государстве» (ИГ, запрещено в РФ). Отметим, что ранее кабульский район Дашти-Барчи, в котором проживают хазарейцы-шииты, неоднократно подвергался атакам, ответственность за которые брали на себя боевики ИГ.

Многие аналитики соглашаются с тем, что талибы все же начали весеннее наступление, хоть и не объявили об этом официально. Количество атак заметно возросло во второй половине апреля, после заявления президента США Джо Байдена о выводе войск не к 1 мая, как предполагалось в дохинском соглашении между Вашингтоном и Талибаном», а к 11 сентября. С начала мая, по оценкам наблюдателей, происходит более 150 боевых эпизодов в сутки, связанных с атаками на афганские силы безопасности или нападениями на мирных жителей. Каждый день СМИ публикуют сообщения о боях в провинциях Гельманд, Забул, Газни, Балх, Фарьяб, Урузган, Фарах, Кундуз, Тахар, Майдан Вардак, Лагман, Бадахшан и Баглан. Талибы атакуют аванпосты и подходят к окраинам городов, представители местных властей подтверждают, что многие районы в северных провинциях перешли под контроль талибов, а местные жители в разговорах с журналистами сомневаются, что афганские силы обороны и безопасности смогут удержать эти города. С другой стороны, министерство обороны ИРА рапортует, что в ответ на наступления талибов «силы безопасности и обороны наносят сокрушительные удары по талибам, которые несут тяжелые потери», однако «Талибан» данные о потерях не подтверждает.

Ежедневно приходят сводки о гибели сотрудников сил безопасности. Так, 7 мая погибло 16 военнослужащих, ранено еще трое в результате штурма постов в деревне на окраине города Газни. В тот же день в провинции Майдан Вардак солдаты, связанные с «Талибаном», открыли огонь и убили десять солдат, а затем бежали в район, контролируемый талибами и прихватив с собой оружие. 6 мая пятеро сотрудников сил безопасности были убиты в результате нападения талибов на пост возле столицы провинции Логар.

На прошедшей неделе бои шли в провинции Баглан (северо-восток Афганистана): 5 мая СМИ сообщили, что часть района Бурка перешла в руки «Талибана», причем талибы заявили, что захватили штаб-квартиру полиции, здание местной администрации и несколько постов безопасности. Пресс-службы местных властей пояснили, что администрация перенесла свои офисы в другую часть района, а «силы безопасности тактически отступили и теперь готовятся к спецоперациям». На следующий день источники сообщали, что еще две базы в других районах провинции Баглан тоже пали от рук талибов. Однако уже 8 мая пресс-службы рапортовали, что афганские силы безопасности возвращают себе аванпосты, в район прибыло подкрепление и талибы постепенно отступают, неся тяжелые потери.

С самого начала межафганских переговоров в Дохе в сентябре 2020 года талибы использовали насилие как инструмент политического давления, и это помогало им добиваться уступок на переговорах. И сегодня резкая эскалация насилия воспринимается как продолжение политики «Талибана» по продавливанию своей позиции, но парадокс в том, теперь этот фон работает против движения и лишает талибов поддержки международных союзников.

Талибы меняют условия

Видимо, давление, которое оказывают на «Талибан» их традиционные союзники — в первую очередь, Исламабад, — привело к тому, что на прошедшей неделе талибы сделали несколько сенсационных заявлений, официально или намеком.

Во-первых, талибы дали понять, что все же готовы принять участие в стамбульской конференции под эгидой ООН по Афганистану, и назвали свои условия. Об этом стало известно от спецпредставителя США по Афганистану Залмая Халилзада, то же подтвердил и представитель Высшего совета по национальному примирению.

Напомним, что ранее талибы заявляли, что не будут участвовать ни в каких конференциях по Афганистану, пока иностранные войска не покинут территорию страны, и именно их отказ приехать в Стамбул стал причиной переноса конференции, открытие которой планировалось на 24 апреля. Однако некоторое время назад в Кабуле побывала пакистанская делегация во главе со специальным посланником Мохаммадом Садиком и пообещала афганскому правительству, что сделают все возможное для возвращения талибов на переговоры.

Кроме того, заместитель главы Высшего совета по национальному примирению Асадулла Саадати уточнил, что талибы хотели бы созвать предварительную встречу перед саммитом в Стамбуле, чтобы обговорить некоторые условия. Однако никаких официальных подтверждений талибы пока не дали, мало того — о том, что в Стамбуле может быть подписано мирное межафганское соглашение, пока нет даже речи.

На этом фоне появились оптимистичные прогнозы о новых сроках проведения стамбульского саммита: последняя неделя мая или первая неделя июня. И одновременно появились утечки о том, что требуют талибы в качестве условий их выхода на переговоры.

Так, стало известно, что американцы и талибы обсуждают возможность полного вывода войск уже к началу июля. И тогда, говорят источники, близкие к «Талибану», представители движения вернутся на переговоры, примут участие в стамбульской конференции, и уровень насилия будет снижен.

Главный переговорщик «Талибана» в Дохе Шер Мохаммад Аббас Станекзай назвал еще два условия для возобновления переговоров. Это освобождение 7000 заключенных талибов из афганских тюрем и исключение имен лидеров «Талибана» из санкционного списка ООН. Станекзай заявил, что невыполнение именно этих пунктов и приводит к существенному замедлению мирного процесса.

Те же требования — освобождение пленных и вычеркивание из санкционного списка — подтвердил и духовный лидер «Талибана», мулла Хайбатулла Ахундзаде в своем послании, которое он выпустил в честь мусульманского праздника Ид-аль Фитр. Мулла обвинил Америку в нарушении дохинской сделки и назвал помехой на пути переговоров отсутствие прогресса в этих двух вопросах: в освобождении пленных и снятии санкций. Ахундзаде ничего не сказал о возможном участии в стамбульской конференции, но потребовал, чтобы силы безопасности ИРА воздержались от нападения на талибов. Не оставляйте свои семьи без кормильцев, пригрозил мулла. «Объятия Исламского Эмирата широко открыты для всех афганцев, которые ранее выступали против нас, — заявил мулла. — Мы протягиваем руку амнистии и любви и приглашаем всех встать на путь истины».

Напомним, что требования освободить 7000 пленных в Арге (президентском дворце) почти сразу назвали невыполнимым — там считают, что и освобождение предыдущих 5000 пленных талибов было ошибкой, многие из них потом возвращались на поле боя. Что касается требований снять санкции — то советник президента ИРА по национальной безопасности Хамдулла Мохиб заявил, что «Талибан» должен обратиться с этой просьбой к Кабулу: если следовать соглашению, то именно Кабул должен инициировать процесс снятия санкций. Но пока талибы не выходят на прямой разговор, а Кабул видит в санкционном списке едва ли не единственный дипломатический инструмент, который останется у Арга для воздействия на талибов после вывода иностранных войск.

По поводу праздника Ид-аль Фитр «Талибан» выпустил и отдельное заявление, в котором объявил о прекращении огня на время праздника. Всем боевикам «Талибана» дано указание прекратить все виды наступательных операций по всей стране с первого по третий день праздника. Однако, если в эти дни они будут атакованы, то им разрешено защищаться. «Талибан» предписал своим бойцам избегать проникновения на территории, контролируемые афганским правительством, — но и не позволять афганским силовикам заходить уже на свои территории.

После этого заявления в Кабул прибыли с визитом главнокомандующий пакистанской армией, генерал Камар Джавед Баджва. Президент Ашраф Гани встретился с ним и с начальником штаба обороны Великобритании сэром Ником Картером и, согласно релизам, обсудил мирный процесс, отношения Афганистана с Пакистаном, роль Пакистана в мирном процессе и прекращение насилия в Афганистане. Гани еще раз акцентировал уже принятый всеми международными партнерами тезис, что война в Афганистане не имеет военного решения, оно неприемлемо для афганского народа, который хочет прийти к справедливому и прочному миру на переговорах.

Главнокомандующий пакистанской армией встретился в Кабуле и с Абдуллой Абдуллой, главой Высшего совета по национальному примирению, и тоже подтвердил, что у афганского конфликта нет военного решения. Единственный путь, по словам Баджвы, — это политическое решение посредством переговоров и соглашение о создании коалиционного правительства.

И Абдулла, и Гани на этих встречах говорили, что «Талибан» пытается навязать военное решение, но это только продлит конфликт.

В тот же день, что Гани встретился с Баджвой, президент ИРА приказал афганским силам обороны соблюдать прекращение огня три дня на время праздника, однако повторил, что афганское правительство и народ требуют от талибов реального и постоянного прекращения огня и возвращения за стол переговоров.

Журналисты отмечают, что это будет уже третье прекращение огня в стране после августа 2018 года. Однако каждый раз эти передышки длились всего по три дня.

Исламский Эмират или республика

6 мая спецпредставители и специальные посланники США, ЕС, Франции, Германии, Италии, НАТО, Норвегии и Великобритании встретились в Берлине и выпустили совместное заявление, касающееся мирного процесса в Афганистане. Участники подтвердили, что мир может быть достигнут только путем политического урегулирования между афганцами путем переговоров, и выступили против создания в Афганистане силового правительства. В заявлении решительно осуждается «продолжающееся насилие в Афганистане, за которое в значительной степени ответственны талибы», и звучит требование немедленного уменьшения насилия, а в будущем — постоянное и всеобъемлющее прекращение огня.

Спецпредставители призвали «Талибан» прекратить необъявленное весеннее наступление, воздерживаться от нападений на мирных жителей и немедленно прекратить все нападения в окрестностях больниц, школ, университетов, мечетей и других жилых районов. Кроме того, от талибов потребовали немедленно прекратить кампанию целенаправленных убийств лидеров гражданского общества, духовенства, журналистов и других работников СМИ, правозащитников, медицинского персонала, сотрудников судебных органов и других гражданских лиц.

В этом заявлении ничего не говорится об Исламском Эмирате, который талибы намерены установить в Афганистане. Однако тема будущего государственного устройства Афганистана снова на прошедшей неделе стала частью международной повестки.

Главный переговорщик «Талибана» в Дохе Шер Мохаммад Аббас Станекзай провел онлай-встречу с посланниками ООН, Норвегии, Швеции, Германии, США и Великобритании по Афганистану. Он успокоил собравшихся, что талибы не намерены захватывать власть силой. Однако одновременно Станекзай заявил, что формирование коалиционного правительства не разрешит конфликт, поэтому необходимо формирование сильного централизованного исламского правительства, которое бы защищало права каждого гражданина Афганистана. А это — Исламский эмират, который «не принимает идеи коалиционного правительства», сказал Станекзай. «Необходима сильная централизованная исламская система, защищающая права каждого гражданина Афганистана», — заявил он.

Заметим, что межафганские переговоры, которые проходили в Дохе с сентября 2020 года, остановились во многом из-за того, что талибы настаивали — и везде об этом заявляли — на необходимости формирования коалиционного правительства, что позволило бы им сместить с поста президента Ашрафа Гани. Создание временной администрации, которое талибы так усердно лоббировали, вошло в качестве одного из основных пунктов и в мирный план урегулирования, предложенный Вашингтоном, и стало темой для обсуждений в Кабуле и на различных международных саммитах. На временное правительство в итоге согласился и сам президент Ашраф Гани — правда, оговорившись, что это будет возможно только после подписания мирного соглашения, прекращения огня, одобрения Лойя Джирги — и новых выборов.

Однако теперь Станекзай заявил, что Исламский эмират — тип государственного устройства, которое намерены установить талибы в Афганистане — не поддерживает идею коалиционного правительства. При этом и Москва, и Исламабад, которые традиционно поддерживают право талибов на участие в управлении Афганистаном, в заявлении «расширенной тройки» в марте 2021 года согласились с тем, что установление Исламского Эмирата в Афганистане неприемлемо.

И в то же время, как талибы отказываются от своих прежних требований формирования коалиционного правительства, — президент ИРА Ашраф Гани выступает со статьей в американском журнале Foreign Affairs, где заявляет о своей готовности досрочно уйти с поста и договориться о формировании переходной администрации. Эту статью многие аналитики восприняли как смягчение позиции Арга в отношении будущей администрации. Гани демонстративно идет на уступки по важным вопросам — но парадокс в том, что эти вопросы сегодня талибов уже не интересуют, они сменили повестку.

Пиар талибов начался с угроз

Попытки талибов предъявлять новые ультиматумы и одновременно намекать на возможность договориться — причем на фоне растущего насилия — не могли не привести к тому, что даже те, кто с симпатией относился к движению внутри страны, стали от него отворачиваться. Перед талибами встала задача подправить репутацию, и они начали действовать единственно знакомым способом — угрожать афганским СМИ и журналистам. Официальный представитель движения Забихулла Муджахид обвинил сотрудников СМИ в одностороннем освещении событий в Афганистане, заявив, что те придерживаются позиции правительства и действуют по указанию Управления национальной безопасности ИРА. Муджахид предупредил об ответственности и руководителей СМИ, и их сотрудников, если те останутся необъективными.

Телеканал ToloNews увидел в этом ответ на секретное заседание парламента, о котором, конечно, всем стало известно от одного из депутатов. На этом заседании глава УНБ Зия Сарадж предупредил журналистов, экспертов и политиков, что правительство ИРА будет считать «террористами» всех, кто сотрудничает, общается или пропагандирует террористов, очевидно имея в виду талибов.

На следующий день после заявления Муджахида стало известно, что бывший ведущий TOLOnews, а теперь сотрудник пресс-службы Министерства финансов, был убит в результате нападения неизвестных в Кандагаре. Погибший четыре года работал на телеканале, вел новости, политические ток-шоу, программы о войне, мире, борьбе с коррупцией и социальных проблемах. «Талибан» отрицает свою причастность к нападению. Президентский дворец назвал убийство терактом. Комитет по безопасности афганских журналистов потребовал, чтобы ООН и правительство обеспечили безопасность работников СМИ, а виновные в убийстве были привлечены к ответственности.

США отходят. Но недалеко

На прошедшей неделе Пентагон развернул еще двенадцать дополнительных боевых самолетов — штурмовиков F-18 — для защиты вывода войск из Афганистана. Генерал Марк Милли, председатель Объединенного комитета начальников штабов США пояснил, что эти боевые самолеты добавлены к стратегическим бомбардировщикам В-52, ракетным системам залпового огня HIMARS, шести сотням рейнджеров — служащих элитного подразделения армии США. В зоне оперативной ответственности Центрального командования в регионе остается атомный авианосец ВМС США «Дуайт Эйзенхауэр».

Генерал Милли и министр обороны США Ллойд Остин на пресс-конференции в Пентагоне подтвердили, что нападений на военнослужащих США или силы коалиции с 1 мая не было, но талибы все чаще и сильнее атакуют афганские силы безопасности. Смогут ли афганские силы это выдержать — вопрос, но генерал Милли аккуратно заметил, что «нет автоматической уверенности, что «Талибан» обязательно победит, а Кабул падет». «Правительство Афганистана обладает значительным военным потенциалом, — сказал генерал, — и они сражаются за свою страну». Генерал охарактеризовал афганские вооруженные силы и полицию как «достаточно хорошо оснащенные, хорошо обученные и хорошо управляемые». При этом Пентагон, по словам генерала, рассматривает варианты дальнейшей поддержки афганских правительственных сил уже после вывода войск — в том числе и обучение афганских сил безопасности в другой стране.

Один из самых острых вопросов, которые продолжают задавать не только аналитики, но и сами американские военные, — что ждет Афганистан после вывода войск. Генерал Милли допустил «ряд сценариев», в том числе «действительно драматический», однако заметил, что «мы еще не знаем», что будет: «Мы должны подождать и посмотреть, как все будет развиваться в течение лета».

Генерал Дэвид Петреус, бывший командующий войсками США в Ираке и Афганистане и бывший директор ЦРУ, выразил сомнение, что вывод американских войск из страны «положит конец бесконечной войне в Афганистане». «Боюсь, что через два-три года мы пожалеем о решении вывести оставшихся американских военнослужащих, — сказал Петреус. — Это не положит конец бесконечной войне в Афганистане; это положит конец участию США и коалиции в этой войне». Петреус пояснил, что возможно, уход иностранных войск даст возможность ИГ возродиться и закрепиться в регионе, в труднопроходимой приграничной зоне.

Генерал Милли допустил, что до сих пор существует возможность политического урегулирования между Кабулом и талибами, и это может позволить избежать «массовой гражданской войны». Но похоже, что американская сторона все меньше верит в эту возможность. Залмай Халилзад заявил на прошедшей неделе, что США поддержат афганцев-республиканцев, если талибы не выберут мирное решение конфликта.

Халилзад сделал это заявление после завершения своего турне по региону: он побывал в Ташкенте, Дохе, Кабуле и Душанбе. «Если талибы не выберут мир, будущее. Основанное на консенсусе и компромиссе, — то мы будем поддерживать афганцев, которые стремятся сохранить республику в неприкосновенности». После чего Халилзад повторил, что «политическое единство республики необходимо», и призвал афганских лидеров со всех сторон конфликта договориться и положить конец 40-летней войне.

Масуд и моджахеды

После визита Ахмада Масуда, сына легендарного лидера моджахедов Ахмад Шаха Масуда, в Париж в конце марта многие наблюдатели отметили резкий рост политической активности младшего Масуда. Так, большой резонанс в политических кругах Кабула вызвало мероприятие, которое Масуд организовал в честь победы моджахедов в 1992 году. На мероприятии не звучал гимн страны, хотя это является неофициальной традицией, и повсюду были флаги партии «Исламского общества Афганистана» (ИОА).

Такое оформление мероприятия вызвало критику со стороны нескольких политических движений, однако в окружении Масуда заявили, что законы страны не обязывают их везде вешать национальную символику — наоборот, политические партии и движения имеют право на собственную наглядную агитацию и на демонстрацию своих символов.

Мероприятие вызвало немало вопросов и у бывших лидеров Северного альянса. Масуд не стал на мероприятие приглашать политиков «первого эшелона», из известных фигур там присутствовал только первый заместитель председателя Мишрано Джирги (верхней палаты парламента) Мохаммад Алам Изедьяр, считающийся ближайшим соратником Масуда-младшего. В основном участниками мероприятия стали бывшие и действующие полевые командиры Северного альянса.

Инсайдеры полагают, что такой подбор гостей был вызван нежеланием отвлечь публику от фигуры самого Масуда, который внятно дает понять, что претендует на лидерство и не нуждается в посредниках для налаживания контактов с военным крылом бывшего СА. Масуд-младший вообще настроен решительно. На прошедшей неделе он заявил, что моджахеды готовы к военной конфронтации с талибами, если те не согласятся на мирный договор.

Отметим, что за несколько дней до мероприятия при загадочных обстоятельствах в Тахаре (провинция на северо-востоке Афганистана, у границы с Таджикистаном) был убит один из влиятельных полевых командиров бывшего Северного Альянса, бывший депутат Волуси Джирги (нижней палаты парламента) Пирам Кул. За два дня до инцидента он публично дал клятву верности Масуду-младшему. В последние дни Кул возглавлял антиталибскую операцию в приграничном с Таджикистаном районе Кукча. Командир Кул был убит в результате взрыва управляемой мины. Инсайдеры полагают, что убийство полевого командира, особенно на фоне вывода иностранных войск, станет нехорошей новостью не только для северян — именно отряд Кула в последнее время сдерживал талибов и не давал им расширить подконтрольную территорию в Тахаре.

Талибы уже несколько лет пытаются установить контроль над приграничными с Таджикистаном районами. На фоне сообщений о возможном восстановлении антиталибского сопротивления после вывода сил НАТО контроль над приграничными районами приобретает особую значимость для конфликтующих сторон. Возможность развития ситуации по такому сценарию на прошлой неделе не исключил и Залмай Халилзад, посетивший Душанбе с рабочим визитом.

Ташкент и Душанбе в сложном положении

На прошедшей неделе американское издание The Wall Street Journal сообщило, что Вашингтон рассматривает возможность размещения войск на территории Центральной Азии после свертывания военного присутствия в Афганистане. Тема использования военных баз центральноазиатских стран уже упоминалась в публикациях The New York Times — издание ссылалось на свои источники среди американских военных и дипломатов. Правда, если в The New York Times упоминались Таджикистан, Узбекистан и Казахстан, то теперь, в более поздних публикациях, речь идет о Таджикистане и Узбекистане. Источники издания полагают, что Пентагон хотел бы иметь возможность быстро реагировать на угрозы со стороны «Талибана» и других вооруженных группировок в Афганистане, если в этом возникнет необходимость после вывода войск.

Залмай Халилзад побывал с визитами в Ташкенте и Душанбе, и многие аналитики предположили, что вопрос размещения американских баз затрагивался во время этих встреч. Но пока можно говорить лишь о предварительном обсуждении — официально Вашингтон не обращался с подобным запросом к Узбекистану и Таджикистану.

Проблема обращения к странам Центральной Азии, бывшим республикам Советского Союза, в том, что они находятся в зоне влияния России, Таджикистан даже входит в военный блок ОДКБ, и сегодня, когда отношения между Вашингтоном и Москвой очень напряжены, реакция России на подобное военное сотрудничество может быть очень резкой.

Встреча Халилзада с министром иностранных дел Узбекистана Абдулазизом Камиловым состоялась 2 мая. Официальный релиз сообщал, что на встрече речь шла о «необходимости срочно поддержать прогресс в процессе всеобъемлющего политического урегулирования, которое положит конец более чем 40-летней войне в Афганистане». Однако уже 10 мая пресс-служба министерства обороны Узбекистана распространила заявление, в котором не упоминаются ни США, ни ИРА, однако оно не оставляет сомнений в официальном ответе Ташкента на запрос Пентагона, если тот вдруг последует. В заявлении отмечается, что оборонная доктрина Узбекистана не предусматривает размещение иностранных военных баз и объектов на территории страны. Этот принцип заложен как в оборонной доктрине республики, принятой в 2018 году, так и в Конституции, и концепции внешней политики страны от 2012 года. Представитель оборонного ведомства пояснил, что политика Узбекистана в области обороны основана на принципе неучастия вооруженных сил страны в миротворческих операциях и военных конфликтах за рубежом.

4 мая Залмай Халилзад встретился с президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном. Официальные релизы скупо сообщают, что на встрече был обсужден мирный процесс, последние события в Афганистане, процесс восстановления мира, а также ряд региональных и международных вопросов, представляющих взаимный интерес.

Однако 8 мая Эмомали Рахмон прибыл в Москву для участия в Параде Победы, и в Кремле прошли переговоры между президентами России и Таджикистана. Очевидно, что вопрос возможного американского присутствия в центральноазиатской республике тоже обсуждался. Российский президент согласился, что «ситуация в Афганистане обоснованно вызывает озабоченность в соседнем Таджикистане», но напомнил, что «Москва делает все для поддержки Душанбе в сфере безопасности». И дальше речь пошла о расширяющемся военном присутствии России в этом регионе — по словам Путина, Россия работает над укреплением российской военной 201-й базы, которая находится в Таджикистане. Заметим, что в конце апреля министр обороны РФ Сергей Шойгу подписал в Душанбе соглашение о создании объединенной системы противовоздушной обороны.

Официального ответа Душанбе на размещение американских баз пока нет — но ведь нет и официального запроса Пентагона. Однако очевидно, что Рахмон поставлен перед тяжелым выбором.


Быстрая доставка материалов в Telegram

От редакции Политика

Другие материалы

Главные темы

Мы на связи

Авторы

ИВАНОВ Валерий
ТАРИН Мирвайс
КОРГУН Виктор
ИСКАНДАРОВ Косимшо
КОНДРАТЬЕВ Алексей
ФЕНЕНКО Алексей
Все авторы