» Можно ли помочь афганцам восстановить мир и стабильность? (Взгляд из России)

Опубликовано: 24.01.2012 10:30 Печать

Авторы:
И.Сафранчук
Н.Козырев

Об авторах: Козырев Н.И., Советник Центра евразийских исследований ИАМП Дипломатической академии МИД России; Сафранчук И.А., заместитель директора ИАМП Дипломатической академии МИД России.


Вот уже более 30 лет в Афганистане льется кровь: не утихает гражданская война, афганцы убивают афганцев, экономика находится в плачевном состоянии, а уровень жизни населения можно приравнять разве что к уровню жизни в наиболее бедных африканских странах. Конфликт разгорелся вначале между моджахедами и режимом НДПА, поддерживаемым советскими войсками, затем – между моджахедами и талибами, а сегодня он продолжается между талибами и центральной властью, на стороне которой силы международной коалиции.


Виден ли свет в конце туннеля? Однозначного ответа не существует. За последние полтора года произошли некоторые изменения в расстановке сил. Значительное наращивание коалиционных сил (КС) и МССБ до 152 тыс. человек, а афганских вооруженных сил и сил безопасности – до 300 тыс. человек позволило потеснить талибов, которые насчитывают сегодня в Афганистане 20 – 30 тыс. человек. От прямых боестолкновений со своими противниками талибы перешли к минной войне и террористическим актам (картина, схожая сегодня с ситуацией в Ираке). Талибы уже не контролируют отдельные города и провинции, как это было 2 – 3 года назад, они действуют больше из засады, подвергают нападению отдельные колонны и отряды противника. И если еще в 2010 г. афганцы говорили, что уход иностранных войск из Афганистана означал бы возвращение талибов в Кабул буквально через несколько дней, то сегодня таких утверждений уже нет. Это, однако, не означает, что талибов загнали в угол и они близки к капитуляции.


Дело в том, что в последние годы в результате неспособности центральной власти реанимировать экономику, поднять жизненный уровень населения, сократить безработицу и стабилизировать обстановку все больше афганцев обращают свои симпатии в сторону талибов, которые являются теми же афганцами и более близки им, нежели «американские афганцы», появившиеся здесь вместе с иностранными войсками.


Наконец, еще один фактор, говорящий в пользу талибов: начиная с 2009 г. движение талибов перекинулось в Пакистан, где их воинские формирования более многочисленны, чем в Афганистане. В этой связи мы говорим сегодня не только об афганской, а об афгано-пакистанской проблеме, которую кратко именуют «Аф-Пак». Эта проблема особенно опасна тем, что талибы действуют сегодня на территории страны, обладающей ядерным оружием, где к тому же у них много сторонников, в том числе среди властных структур. Вдобавок в последнее время пакистано-американские отношения в результате ударов американцев по пакистанской территории заметно обострились. Все это не вселяет оптимизма в отношении стабилизации обстановки в регионе.


Весьма серьезным дестабилизирующим фактором продолжает оставаться наркопроизводство и наркоторговля, доходы от которых составляют один из ключевых источников финансирования террористических группировок в Афганистане. На 2011 г. ООН прогнозировало рост производства опия в Афганистане  на 61 %.  Общая площадь плантаций опийного мака в 2011 году возросла на 7 %. Одновременно средняя цена сухого опия на «черном рынке» повысилась на 43 %, что должно было серьезно увеличить доходы наркомафии и финансовую подпитку террористической деятельности.


По данным МИД РФ, за прошедшие 10 лет афганские вооруженные силы потеряли около 9 тыс. человек, а иностранные войска – около 3 тыс. Большие потери среди мирных афганцев – 15 тыс. человек. Несмотря на принимаемые активные меры по-прежнему главными проблемами афганской армии и полиции являются низкая боеспособность, дезертирство, вовлеченность в коррупционные схемы, что не позволяет возложить на них основную ответственность за поддержание безопасности в стране.


Афганское руководство при содействии международного сообщества пытается выправить обстановку. На Лондонской международной конференции по Афганистану в январе 2010 г. президент Х. Карзай озвучил тезис о замирении с теми боевиками, которые отказываются от связей с «Аль-Каидой», участии в террористической деятельности и признают Конституцию Афганистана.


В июле 2010 г. на Кабульской международной конференции по Афганистану был запущен т.н. кабульский процесс, суть которого заключается в поэтапной передаче афганским властям ответственности за управление страной, включая решение ключевых задач по обеспечению безопасности и социально-экономическому развитию ИРА. На конференции были одобрены документы, определяющие основные параметры перехода ответственности за безопасность в стране к афганским вооруженным силам – «Рамки передачи ответственности», а также условия, необходимые для примирения и реинтеграции в гражданское общество боевиков вооруженной оппозиции – «Афганская программа примирения и реинтеграции» (АППР), а также программа национального развития и механизмы их реализации.


Программа «Рамки передачи ответственности» предусматривает поэтапную (до 2014 г.) передачу ответственности за решение ключевых задач (обеспечение безопасности, реализация программ национального развития и совершенствования системы госуправления) правительству ИРА, однако при сохранении военной роли МССБ и международного сообщества в этом процессе. Во исполнение этой программы первый этап процесса передачи ответственности в ряде провинций и городов ИРА афганским властям состоялся в июне 2011 г.


АППР предусматривает мероприятия по укреплению безопасности, обеспечению политических условий установления мира в ИРА и поддержки указанной программы афганской общественностью, странами региона и международным сообществом в целом. Ведущая роль в реализации АППР принадлежит Высшему совету мира и Объединенному секретариату во главе с исполнительным директором. Программа охватывает 22 провинции, в ней могут принять участие боевики, отказавшиеся от террора, связей с «Аль-Каидой» и признавшие Конституцию ИРА.


Все эти мероприятия были одобрены на заседании в ноябре 2011 г. Лойи Джирги (Всеафганская ассамблея), в т.ч. подписание соглашения о стратегическом партнерстве Афганистана с США, а также выражена поддержка переговорному процессу с оппозицией.


Перечисленные шаги афганских властей, совместно разработанные с США и их союзниками по коалиции, имеют в целом позитивную направленность. Другой вопрос – насколько они окажутся эффективны и смогут изменить ситуацию к 2014 г., когда намечен вывод войск США и др. стран с территории Афганистана. Конечно, намеченный срок не является окончательным. Он станет реальностью только в случае, если указанные выше программы сработают и будет достигнут прогресс в их реализации. Кроме того, даже в этом случае предусматривается оставление на афганской территории (в соответствии с соглашением о стратегическом партнерстве между Афганистаном и США) от 40 до 50 тыс. американских военнослужащих, которые будут размещаться на созданных для этого американских военных базах.


Такой страховочный вариант вроде бы понятен. Вместе с тем, он ведет к тому, что Афганистан на неопределенное время остается привязанным к американским интересам и его уже нельзя будет считать полностью нейтральным, каким он был до начала гражданской войны и иностранного военного вмешательства. Но что, на наш взгляд, важнее всего – талибы при таком раскладе вряд ли пойдут на прекращение боевых действий и согласятся с требованиями центральных властей. А это означает, что война и нестабильность в этой стратегически важной точке региона будет продолжаться и дальше, т.е. поставленная цель достигнута не будет.


Позиция России в свете изложенного остается прежней. Выступая на очередной международной конференции по Афганистану, которая состоялась 5 декабря 2011 года в Бонне, министр иностранных дел РФ С.Лавров отметил, что динамика развития ситуации в Афганистане в целом оптимизма не вызывает. По его словам, нестабильность охватывает всю территорию ИРА, где продолжаются теракты и убийства афганских деятелей и мирных жителей, сохраняется высокий уровень потерь среди коалиционных и афганских войск. С.Лавров подчеркнул, что Россию особенно беспокоит деградация обстановки в северных провинциях Афганистана, откуда террористическая активность перетекает на территорию наших партнеров по СНГ. Российский министр призвал МССБ и афганские власти предпринять более решительные действия для пресечения этой угрозы внутри Афганистана. При этом он обратил внимание на то, что при проведении контртеррористических операций не должен нарушаться суверенитет других государств (намек на случаи таких нарушений, имевшие место в отношении Пакистана, и предупреждение о недопустимости подобных нарушений южных рубежей стран СНГ).


Другой важный момент в выступлении С.Лаврова – «МССБ были введены в Афганистан по мандату СБ ООН и должны уйти оттуда, когда отчитаются перед этим органом о выполнении задачи. При этом считаем контрпродуктивными идеи подмены МССБ другими формами иностранного присутствия в Афганистане…»


Другими словами, Россия против размещения американских военных баз в Афганистане и присутствия там американского воинского контингента. Это подтверждается и дальнейшим указанием министра на то, что «одним из ключевых факторов создания в регионе атмосферы добрососедства и сотрудничества стало бы восстановление нейтрального статуса Афганистана после завершения международных стабилизационных усилий».


Как было заявлено на Боннской конференции, Россия за истекшие 10 лет внесла значительный вклад в усилия мирового сообщества по содействию Афганистану. Произошло списание госдолга ИРА России на сумму более 11 млрд.долларов, оказывается помощь становлению армии и полиции Афганистана путем безвозмездной передачи вооружения и боеприпасов, подготовки афганских кадров в российских вузах и учебных центрах, обеспечивается транзит по территории России грузов для нужд МССБ, на постоянной основе предоставляется гуманитарная помощь на сумму 50 млн.долларов (пшеница, грузовые автомобили и др.).


При этом Россия считает, что одними силовыми методами ситуацию в Афганистане не исправить и необходимо поднимать экономику страны, повышать жизненный уровень населения. Серьезную роль могут здесь сыграть соседи Афганистана. С этой целью следует всемерно развивать и совершенствовать сотрудничество в рамках действующих в регионе структур: ШОС, ОЭС, САА РК, ОДКБ, «Душанбинской четверки» (Россия, Афганистан, Пакистан, Таджикистан), причем ШОС, где Афганистан состоит наблюдателем, могла бы стать в этом плане приоритетной площадкой.


Нет нужды перечислять, что уже было сделано и делается на афганском направлении, в частности, по линии «Душанбинской четверки». Это хорошее начало, и следовало бы включить в эту работу всю структуру ШОС. Пока что здесь больше слов и обсуждения, чем дела. Помимо Таджикистана, все остальные страны-члены ШОС, не считая России, должны более активно принимать участие в региональных усилиях по возрождению мирного Афганистана и снятию афгано-пакистанской проблемы с повестки дня организации.


ШОС представляется наиболее удобной площадкой для организации сотрудничества по Афганистану в региональном формате. За исключением Туркменистана все соседи Афганистана имеют статус члена или наблюдателя в ШОС. В организации была сформирована Контактная группа ШОС–Афганистан. В марте 2009 года в Москве под эгидой Шанхайской организации сотрудничества прошла крупная международная конференция по Афганистану, где обсуждались документы, разработанные этой группой. Как отметил в заключительном слове на Московской конференции заместитель министра иностранных дел РФ Александр Бородавкин: «усилия международного сообщества по стабилизации Афганистана нуждаются в определенном переосмыслении. Конференция ШОС в этом плане стала важным этапом начала такой работы». ШОС инициировала региональный формат для обсуждения афганской проблематики. Впрочем в следующие годы центром регионального формата стали Стамбульские конференции 2010 и 2011 годов.
 
Более продуктивной работе ШОС по афганской проблематике, несомненно, способствовал бы прием в члены организации Афганистана. Возникает вопрос: а как тогда быть с Пакистаном, тем более, что сегодня речь идет уже об афгано-пакистанской проблеме? Его прием в ШОС без приема туда Индии невозможен. Но этому мешают напряженные отношения Индии с Пакистаном и Китаем.


Как представляется, участие Пакистана и Индии в ШОС способствовало бы нормализации индо-пакитсанских и индо-китайских разногласий, созданию между ними благоприятного климата партнерства и сотрудничества. Конечно, это возможно лишь в том случае, если общие интересы этих стран, в том числе по борьбе с новыми вызовами и угрозами, будут поставлены выше их разногласий. При таком подходе выиграют как двусторонние отношения между названными странами, так и ШОС в целом.


Что касается конкретного вклада ШОС в разрешение афганского кризиса, то он мог бы состоять в следующем. Не остается сомнений в том, что втянуть талибов в диалог можно только при условии, если за стол переговоров сядут т.н. «идейные талибы», т.е. те, кто сегодня участвует в боевых действиях. Нужна общеафганская международная конференция по решению вопроса о мире и прекращении огня. Организационную роль здесь могли бы сыграть ООН и ШОС. Дело в том, что страны-члены ШОС не участвуют в военных действиях в Афганистане и это облегчает талибам решение вопроса об участии в конференции.


В любом случае, как считают в России, приоритет в афганском вопросе должен быть отдан дипломатии, как это было сделано в 80-х годах XX века, когда на Женевских переговорах решалась проблема вывода советских войск из Афганистана. Сегодня, видимо, нужна «Женева-2», но при более широком представительстве всех политических сил афганского общества. Время для этого пришло, и дипломатия, подкрепленная военным давлением, должна сказать свое слово. При этом роль региональных игроков будет расти. Без конструктивного сотрудничества ключевых региональных игроков, а также всех соседей Афганистана, решение афганского кризиса не будет.


Необходимо учитывать опыт 1990-х годов. После организованного вывода советских войск из Афганистана в стране был оставлен дееспособный режим, способный при финансовой и материально-технической поддержке контролировать значительную часть страны. Заметим: то, что в 1989 году казалось поражением Советского Союза в Афганистане, в современных условиях трактовалось бы международной коалицией, НАТО и США как победа. Создать условия для выхода и оставить за собой дееспособный режим: для западной коалиции в Афганистане это стало официальным курсом. Политика «Транзита» предполагает именно это. Но после вывода советских войск из Афганистана продолжилось вмешательство во внутренние дела страны крупнейших внерегиональных игроков и соседних стран. Они стимулировали гражданскую войну в Афганистане. Урок из этого прошлого только один – мир и стабильность в Афганистане не возможны без регионального сотрудничества и конструктивной позиции соседей.


Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Россия

Другие материалы

Главные темы



Мы на связи

Авторы

ОКИМБЕКОВ Убайд
ВЕРХОТУРОВ Дмитрий
ДУБНОВ Аркадий
МОХАММАД Дауд
МЕНДКОВИЧ Никита
МЕХДИ Михяуддин
Все авторы