» Заложники и заключённые. К вопросу о ликвидации талибских тюрем в Афганистане

Опубликовано: 14.06.2019 12:37 Печать

Заключение

Автор: ХАНОВА Наталия

Об авторе: Наталия Ханова, эксперт Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА).

За прошедший месяц в различных частях Афганистана состоялась серия операций, по итогам которых из подпольных тюрем, подконтрольных запрещённому в России движению «Талибан», были вызволены сотни заложников. Известия об освобождении из плена десятков узников получили широкий резонанс в афганских СМИ, а представители силовых структур представили отчёты о проведённых спасательных операциях как свидетельство успешной работы по обеспечению правопорядка в стране.

Тем не менее, после того, как число освобождённых превысило несколько сотен человек, неоднократно поступающие в прессу сообщения о ликвидации талибских тюрем начали вызывать недоверие и опасения афганской общественности.

Масштабные операции по освобождению заложников начались ещё в конце мая на юге страны. Подпольные тюрьмы были ликвидированы силами афганского спецназа в южной части страны – в провинциях Забуль и Гельманд.

Впоследствии аналогичные операции распространились и на другие районы Афганистана – в частности, десятки пленников были спасены в восточной провинции Газни, известной высокой активностью антиправительственных сил, в провинциях Фарьяб, Баглан и Кундуз на севере страны, ещё одна тюрьма была уничтожена в западной провинции Гор.

По данным Министерства обороны Афганистана, к настоящему времени число освобождённых заложников достигло 400, в то время как в конце прошлой недели советник Афганистана по вопросам национальной безопасности Хамдулла Мохиб оценивал количество бывших узников в 300 человек.

Все освобождённые пленники были мужчинами различного социального статуса. Во многих подпольных тюрьмах узники являлись преимущественно мирными жителями, в других преобладали служащие армии и полиции. С учётом того, что зачастую в вооружённой борьбе с талибами участвуют независимые отряды ополчения, определение статуса бывших заложников не всегда представляется однозначной задачей.

Примечательно, что узниками по меньшей мере одной из тюрем, ликвидированных на севере страны, оказались в том числе и боевики – согласно отчётам, в одном из посёлков провинции Фарьяб под стражей не только 50 стражей порядка, но и 20 талибов, четверо приверженцев запрещённой в России группировки «Исламское государство», а также 8 иностранных наёмников. После того, как личности заложников были установлены, боевики были взяты под арест, как и их бывшие тюремщики.

Запрещенные в России «Талибан» и «Исламское государство» продолжают вооружённую борьбу за влияние в Афганистане на протяжении уже почти пяти лет, и присутствие боевиков ИГ в числе талибских узников не является исключительным фактом. С другой стороны, в рядах движения «Талибан» не прекращается и междоусобная вражда. Наличие нескольких десятков заключённых-талибов в тюрьме, подконтрольной движению, позволяет сделать вывод о том, что последние с высокой вероятностью являлись приверженцами конкурирующей ветви «Талибана», военнопленными, а не боевиками той же фракции, осуждёнными собственными соратниками за какие-либо провинности.

Подобные случаи перехвата пленных боевиков уже происходили на территории Афганистана. Напомним, что в январе нынешнего года в северо-западной афганской провинции Бадгис прошла боевая операция при участии американских ВС, в ходе которой была ликвидирована подпольная талибская тюрьма. Впоследствии представители «Талибана» объявили о том, что держали под стражей 40 боевиков «Исламского государства», и обвинили США в сотрудничестве с враждебной группировкой. Инцидент получил резонанс в том числе и за рубежом – в частности, МИД России обратил внимание на заявления талибов и в очередной раз выразил обеспокоенность в связи с предполагаемой поддержкой «Исламского государства» со стороны американских войск.

Несмотря на то, что главным открытым источником информации о событиях в Бадгисе оставалось заявление повстанческого движения, внимание привлекает сходство между январской операцией и недавней ликвидацией подпольной тюрьмы в Фарьябе.

В каждом из случаев операции проводились в северных районах страны, где с переменным успехом стремится утвердить своё влияние «Исламское государство» и по-прежнему сохраняют значительное присутствие талибы. Ликвидация тюрем проходила при участии как афганских силовиков, так и иностранных войск, и не обошлась без вооружённых столкновений и фатальных потерь со стороны «Талибана».

Если говорить о недавних операциях в целом, то в подавляющем большинстве случаев, за исключением вышеупомянутого инцидента в Фарьябе, в отчётах не появлялось информации о вооружённых столкновениях между силовиками и лицами, охранявшими тюрьмы. Как правило, боевики сдавали своих заложников без боя, и сведений об арестах лиц, причастных к незаконному удерживанию людей под стражей также не поступало.

После того, как поток сообщений о ликвидации талибских тюрем вызвал недоверие в афганском обществе, обозреватели использовали эти сообщения для критики в адрес президента Ашрафа Гани. В частности, спасение сотен заложников связали с другим событием, изначально вызвавшим настороженную реакцию, – массовым освобождением из тюрем заключённых-талибов по решению главы государства.

В своём торжественном обращении, знаменующем окончание месяца Рамадан и наступление крупного религиозного праздника Ид аль-Фитр, президент объявил о предоставлении свободы 887 заключённым. Глава государства объявил о том, что решение о предоставлении свободы узникам было принято в соответствии с рекомендацией Лойя Джирги – собрания народных представителей, в ходе которого в нынешнем году обсуждались вопросы продвижения мирного процесса.

Несмотря на то, что напрямую Ашраф Гани не упоминал об этом и не сообщал, за какие преступления отбывают заключение амнистированные лица, был логичен вывод, что освобождению подлежат участники движения «Талибан». Впоследствии эту информацию подтвердил советник по вопросам национальной безопасности Хамдулла Мохиб.

После неспокойного месяца Рамадан, во время которого в стране продолжались ожесточённые боевые действия, и отказа повстанческого движения от перемирия на время трёх дней религиозного праздника, инициатива амнистии заключённых-талибов послужила причиной возмущения и тревоги.

Многие афганские эксперты выразили опасение в связи с тем, что после получения свободы боевики «Талибана» возобновят участие в боевых действиях, и это негативно отразится как на ситуации с безопасностью в стране, так и на морали солдат. Президентская пресс-служба была вынуждена выступать в защиту инициативы – в частности, заместитель пресс-секретаря главы государства Шах Хусейн Муртазави заверил население в том, что лица, подлежащие освобождению, находятся в преклонном возрасте, страдают от серьёзных заболеваний или полностью отбыли срок заключения. Тем не менее, на фоне роста недоверия к правительству и президенту больший резонанс получили спекуляции о личностях заключённых и целях главы государства.

Как и в случае с активным освещением операций по освобождению заложников из подпольных тюрем, предоставление амнистии заключённых не без оснований связали с подготовкой к президентским выборам, но, как полагают афганские обозреватели, этим общность событий не исчерпывалось. Согласно одной из точек зрения, массовое освобождение пленников стало результатом негласной сделки по обмену пленными. Подобный способ освобождения заложников остаётся распространённой тактикой в Афганистане, но в случае достоверности этой версии явление впервые носит столь массовый характер.

В пользу неофициального соглашения свидетельствует не только картина операций, состоявшихся без боевых действий и задержаний, но и то обстоятельство, что ликвидация тюрьмы в Фарьябе стала исключением из правил. Причины этого могут быть разнообразны. Открытие огня на поражение могло быть инициативой иностранных войск, не поставленных в известность о возможной сделке с талибами, или же повстанческое движение, готовое к выдаче простых заложников, не было намерено отдавать афганским стражам порядка боевиков конкурирующих групп. Не исключён и вариант изначального отсутствия договорённости между сторонами, вызванный разногласиями в переговорах или личным решением командования или американских союзников.

Заявление президентской пресс-службы, указывающее на неспособность бывших заключённых участвовать в боевых действиях, было опровергнуто сообщением о побеге из тюрьмы, подконтрольной Управлению национальной безопасности, печально известного талибского командира Кари Салахуддина. В течение четырёх лет последний находился в заключении, и его побег послужил причиной тревоги населения. Инцидент произошёл в провинции Фарьяб, и местная общественность связывает данный инцидент с массовым освобождением стражей порядка из талибской тюрьмы, полагая, что ценой спасения десятков пленников стало освобождение опасного преступника.

Стоит отметить, что в недавнем интервью, посвящённом мирному процессу и ситуации с безопасностью в Афганистане, Асадулла Халид упомянул о том, что некоторые афганские политики в настоящее время поддерживают негласные контакты с талибами. В свете упоминаний об успешных освобождениях заложников и предоставлении амнистии заключённых, слова советника послужили аргументом в пользу версии сделки для многих афганцев.

Вопреки подозрениям афганской оппозиции, предпосылкой расширения операций по ликвидации подпольных тюрем послужило не только стремление президента улучшить свою репутацию в глазах электората на фоне роста общественного недоверия. На проблему подпольных тюрем обратило внимание и международное сообщество, как свидетельствует один из отчётов Миссии ООН по содействию Афганистану.

Внимание международной организации привлекла более ранняя операция, проведённая афганским спецназом в южной провинции Урузган ещё в конце апреля. Из талибской тюрьмы были вызволены 53 заложника – 45 служащих армии и полиции и 8 мирных жителей. Некоторые из пленных провели в заключении не менее трёх лет.

Впоследствии сотрудники миссии ООН пообщались с 13 освобождёнными пленниками. Последние рассказали о том, как боевики держали их под землёй, в неотапливаемых помещениях даже в холодные зимы, регулярно подвергали их побоям и другим пыткам, а также принуждали к подневольному труду, в частности, заставляли заниматься изготовлением взрывных устройств. Показания бывших заложников свидетельствовали о том, что некоторые из их товарищей по несчастью с высокой вероятностью были убиты.

Громкий случай нарушения прав человека вызвал обеспокоенность международной организации, и освещение информации в прессе не только послужило предпосылкой роста антиталибских настроений, но и сформировало социальный заказ для афганского правительства. Общество, встревоженное очередными известиями о жестоком обращении с заложниками, нуждалось в компенсирующей информации, и правительству Ашрафа Гани удалось выполнить этот запрос при поддержке стражей порядка.

С другой стороны, слишком частое появление сообщений о ликвидации тюрем побудило общественность взглянуть на проблему в критическом аспекте. Более того, массовое освобождение заключённых боевиков «Талибана» за краткий период времени вызвало серьёзную негативную реакцию, в особенности на фоне рассказов о жестоком обращении с узниками подпольных тюрем. Несмотря на то, что освобождение заложников, безусловно, успело вызвать оживление в обществе и уважение к работе силовиков, вкупе с проталибской мерой амнистии инициатива президента не привела к долговременному повышению его рейтинга.

Выборы

Другие материалы

Главные темы



Мы на связи

Авторы

МЕНДКОВИЧ Никита
БЕЛОКРЕНИЦКИЙ Вячеслав
ГЕРАСИМОВА Алевтина
ДАНИШ Фахим
ЭБАДИ Сагар
НЕКРАСОВ Вячеслав
Все авторы