» Мохаммад Салехи: Для победы над талибской угрозой афганским властям необходим внутренний консенсус

Опубликовано: 07.04.2017 16:15 Печать

Мохаммад Джавад Салехи

Примирение официального правительства Афганистана с повстанческим движением «Талибан» в настоящее время рассматривается мировым сообществом как один из наиболее конструктивных путей разрешения конфликта в стране. Тем не менее, до сих пор попытки усадить талибов за стол переговоров не привели к ожидаемым результатам. Своими представлениями о причинах этих неудач и связанных с ними внутренних и внешних проблемах Афганистана поделился с порталом «Афганистан.Ру» эксперт-политолог Мохаммад Джавад Салехи.

Справка Афганистан.Ру: Доктор Мохаммад Джавад Салехи является уроженцем афганской провинции Газни. По окончании средней школы на родине он продолжил образование за рубежом, получив диплом бакалавра, магистра и степень кандидата политических наук в Тегеране. На протяжении нескольких лет Салехи преподавал в различных высших учебных заведениях Афганистана и в настоящее время занимает должность ректора одного из частных университетов Кабула. Он является автором многочисленных книг, посвященных государственному администрированию, демократии, правам человека, выборам и другим политическим и гражданским вопросам.

В эксклюзивном интервью порталу «Афганистан.Ру» доктор Салехи изложил свою точку зрения на важнейшие региональные вопросы и, отметив необходимость достижения внутреннего консенсуса в стране, подверг критике региональную политику нынешнего правительства Афганистана.

Афганистан.Ру: Господин Салехи, как Вы оцениваете политику, которую Правительство национального единства за два с половиной года своего существования в отношении других стран региона?

М. С.: За последние два с половиной года Правительством национального единства было сделано многое в области региональной политики. Впервые удалось привлечь внимание Китая к вопросам Афганистана и получить немалую помощь от Пекина, при том что в прежние годы Китай не проявлял большого интереса к афганским проблемам. В этом же ключе прилагались усилия для обеспечения внимания и поддержки со стороны таких государств, как Туркмения, Узбекистан и Пакистан.

В первый год предпринимались последовательные попытки, нацеленные на привлечение Пакистана к афганскому мирному процессу. Целью этих усилий было удовлетворение пакистанской стороны, усаживание талибов за стол переговоров с правительством и обеспечение мира и стабильности в Афганистане. Без внимания в этот первый год оставались лишь отношения с Ираном.

По прошествии года правительство разочаровалось в Пакистане и, развернув на 180 градусов свою политику в отношении этой страны, пошло на сближение с Индией, Россией и Ираном.

В первый же год своего нахождения у власти Правительство национального единства сумело привлечь к себе внимание европейцев и американцев. На сегодняшний день Кабул поддерживает хорошие связи с Индией и относительно неплохие контакты с Китаем и Туркменией. Также улучшились отношения с Ираном.

Тем не менее, отношения с пакистанскими властями сегодня находятся на самой низкой точке. Кабул разочарован Пакистаном. Афганистану не удалось убедить эту страну в том, что мир и стабильность пойдут на пользу обоим государствам.

В действительности проблемы Афганистана имеют внутренние корни. Политические группировки внутри страны не способны прийти к консенсусу, чтобы урегулировать друг с другом все вопросы. Пакистан, с учетом протяженности его границ и обширных каналов связи как внутри Афганистана, так и на его собственной территории, мог бы сыграть главную роль в преодолении нынешней ситуации, однако афганскому правительству не удалось привлечь внимания пакистанской стороны к обеспечению мира и стабильности.

Афганистан.Ру: Некоторые аналитики полагают, что предпосылкой стремления стран региона к контактам с «Талибаном» и прочими антиправительственными группировками является слабость афганской дипломатии. Вы поддерживаете эту точку зрения или считаете, что помимо этого для взаимодействия иностранных правительств с мятежниками имеются и другие закулисные причины?

М. С.:       Отчасти эта проблема <действительно> связана со слабостью нынешнего афганского правительства. В период руководства Хамида Карзая у Афганистана были тесные связи с Ираном, неплохими были и отношения с Россией. Афганистан также поддерживал близкие отношения с Индией. Но в начальный период прихода к власти Правительства национального единства сложилось впечатление, что все усилия нового руководства сконцентрированы на привлечении интереса американцев, европейцев и пакистанцев. С самого начала руководство демонстрировало свое равнодушие к контактам с Россией, Ираном и Индией. Отношения с Индией начали расширяться только после разочарования в Пакистане. Отношениям с Ираном не уделялось большого внимания.

Тем временем Ирану при поддержке России удалось выстроить в регионе относительно новый союз. И хотя китайцы были заинтересованы в прямом сотрудничестве с Афганистаном, Пакистан убедил их в необходимости членства в новом региональном объединении, что послужило причиной их участия в московской конференции, на которую не было приглашено афганское правительство.

Таким образом, отчасти ответственность за нынешнюю ситуацию лежит на правительстве Афганистана, которое не смогло просчитать последствий своих шагов.  Но главным здесь остается то, что государства руководствуются собственными интересами и при определении этих интересов бывают готовы поддержать любую группировку.

В условиях, в которых мы оказались сегодня, несмотря на открывшиеся перед нами новые горизонты, правительство Афганистана не обладает такими дружескими и искренними связями с региональными и соседними государствами, на которые оно расчитывало. Для развития сотрудничества на региональном уровне необходимы добрые отношения со странами региона и соседями.

Между тем, отношения между Афганистаном и Пакистаном достигли худшего из возможных состояний. Отношения с Ираном находятся на весьма среднем уровне. Даже Узбекистан, Туркмения и Таджикистан не поддерживают тесных контактов с Афганистаном. Все это свидетельствует о недостаточной эффективности афганской региональной дипломатии.

Афганистан.Ру: Вы упомянули о том, что афганские официальные лица были ориентированы на европейские страны и США. Означает ли это, что только западные государства в состоянии обеспечить мир и стабильность в Афганистане?

М. С.:       У Афганистана были определенные приоритеты и первоочередные потребности. На первый взгляд казалось, что удовлетворить эти потребности могут только западные страны. Поэтому получение поддержки со стороны Запада Кабул сделал главной частью своих программ. Полагаю, это было правильным шагом и положительной инициативой. Американцы, европейцы и само правительство Афганистана осознают необходимость привлечения регионального участия. Афганское правительство не сможет работать без такого сотрудничества.

Результатом односторонней политики правительства стало то, что в настоящее время у нас нет ни хороших отношений с Пакистаном, ни прежней близости с Ираном. Даже Туркмения и Китай, которые поначалу уделяли весьма серьезное внимание афганскому вопросу и были весьма оптимистично настроены в отношении помощи Афганистану, впоследствии попали под влияние Пакистана, который убедил их охладить изначальный пыл. Пекин, который в принципе не имеет ничего против установления связей с Афганистаном, никогда не пойдет на какие-либо контакты с Кабулом без оглядки на мнение Пакистана.

В области регионального сотрудничества афганское правительство сталкивается с многочисленными проблемами. Их основная причина состоит в том, что афганской внешней политикой управляют один или от силы два человека, и решения принимаются в основном исходя из личных взглядов этих людей. Речь идет о президенте и двоих-троих людях из числа приближенных к нему членов Совета безопасности. Остальные государственные органы Афганистана, в том числе Министерство иностранных дел и в частности дипломаты, не играют никакой роли во внешней политике страны. Их позиции вообще не принимаются в расчет. Между тем, их мнения, полученные методом проб и ошибок, в некоторых случаях могут дать хорошие результаты. Впрочем, в других случаях они же могут создавать проблемы – такие прецеденты уже бывали.

Афганистан.Ру: На региональном уровне сейчас продолжаются усилия, направленные на привлечение талибов к мирному диалогу, и ранее мы уже были свидетелями таких переговоров. Какую роль в деле обуздания кризиса и содействия процессу примирения могут сыграть влиятельные страны региона?

М. С.:       Роль региональных государств в этом вопросе очень важна. Непосредственно в это время Пакистан обучает талибов, дает им убежища и снабжает оружием и боеприпасами, залечивает их раны, организует каналы для финансирования их деятельности и оказания им поддержки живой силой. Если талибы лишатся этой поддержки, то многие проблемы Афганистана будут решены. Эффективную роль в этом деле могут сыграть Иран и государства Центральной Азии. Однако некоторые страны региона, в первую очередь Пакистан, видят свою выгоду в том, чтобы поддерживать какую-то особую группировку, а не в том, чтобы оказывать содействие Афганистану.

Война в Афганистане имеет не только внутренние корни. Часть раздоров и напряженных моментов действительно возникает из-за проблем властей и внутренних игроков. Но без политической поддержки со стороны соседних стран и других государств мира внутренние политические фигуры не могли бы продолжать свои игры. Без иностранной поддержки у них не хватило бы ни смелости, ни лимита доверия, ни сил для того, чтобы предпринимать свои действия, идущие вразрез с интересами мира и стабильности. Все эти действия поддерживаются, обеспечиваются и поощряются соседними странами. Сторонники этих соседних стран проникли в самые высокие эшелоны власти и, обладая большими возможностями, действуют в интересах иностранных государств.

Нет большей ошибки, чем сидеть и ждать от чужих государств восстановления мира и стабильности. До тех пор, пока мы не добьемся внутренней сплоченности, пока каждый не начнет отдавать предпочтение национальным, а не личным или групповым интересам, мы будем вынуждены расчитывать на чужаков и при поддержке иностранцев доводить страну до развала, совершая действия, противоречащие интересам мира и стабильности Афганистана. До этих же пор в стране будет продолжаться война и бедствия.

Если власти Афганистана стремятся к миру и стабильности, им следует добиваться внутреннего консенсуса. Если будут урегулированы внутренние проблемы, мы сможем дать отпор любому иностранному вмешательству. Но до тех пор, пока мы будем оставаться раздробленными внутри, соседние государства и другие страны мира не будут заинтересованы в окончании войны и обеспечении мира и стабильности в Афганистане.

Афганистан.Ру: По последним данным, Пакистан недавно вызывал к себе командиров «Талибана» и говорил им о необходимости присоединиться к мирным переговорам. Считаете ли Вы, что с таким подходом переговоры могут достигнуть результата?

М. С.:       Не думаю, что Пакистан занимает достаточно честную позицию в этом процессе. Находясь под международным давлением, в первую очередь, со стороны американского Конгресса, Сената и официальных лиц, пакистанцы предпринимают ряд показных шагов в рамках мирного процесса. Они собирают талибов и рекомендуют им присоединиться к переговорам, хотя в этих действиях нет необходимости. Достаточно было бы пригрозить им сворачиванием баз в случае отказа присоединиться к переговорам. Мы видели, как живется в эмиграции. Каждый шаг мигранта контролируется государством, в котором он проживает. Особенно это относится к лидерам «Талибана», которые хорошо известны, и все связи и источники дохода которых давно изучены пакистанцами. Если бы правительство Пакистана захотело, оно могло бы добиться очень многого минимальными средствами. Но Пакистан считает, что Правительство национального единства не задержится в Афганистане надолго, особенно после того, как всерьез заговорили о выводе иностранных сил из страны. Исламабад полагает, что в долгосрочной перспективе ему будет выгодно поддерживать талибов. Сейчас для правительства Афганистана остался только один путь – и этот путь состоит в том, чтобы добиться внутреннего консенсуса и показать всем, что оно в состоянии защитить себя и обеспечить свое длительное существование, и никто не сможет свергнуть его насильственным путем. До тех пор, пока надежды для «Талибана» не сменятся ощущением безысходности, ни одна поддерживающая их страна, в первую очередь, Пакистан не отвернется от них, не говоря уже о том, чтобы поощрять их к участию в мирном процессе и переговорах.

Главная проблема в этом отношении состоит в государственной власти Афганистана. Нынешняя власть нестабильна и не обладает достаточной силой и устойчивостью. Нет надежды на то, что она сможет продержаться достаточно долго без опоры на иностранцев. В целом же все шаги, которые до сих пор были предприняты Исламабадом, являются показными и расчитаны на то, чтобы обмануть мировое общественное мнение.

Афганистан.Ру: В скором времени в Москве состоится международная конференция при участии стран региона по вопросам мирного процесса в Афганистане. Чего Вы ожидаете от этого заседания?

М. С.:       Россия пытается внедрить в Афганистане сирийский опыт. В Сирии она создала мировой консенсус для свержения «Исламского государства» [запрещённая в России террористическая группировка – прим. Афганистан.Ру]. В этой стране, наряду с отправкой войск и воздушными бомбардировками, Россия попыталась усадить умеренную оппозицию за стол переговоров с Башаром Асадом и сформировать в Дамаске коалицию, которой сама Россия могла бы доверять.

Теперь Россия хочет внедрить этот опыт в Афганистане – то есть продолжить войну с «Исламским государством» и в то же время ввести в мирные переговоры «Талибан» в качестве умеренной группировки и сформировать коалиционное правительство.

Но в реальности, до тех пор, пока талибы не убедятся в том, что нынешнюю власть Афганистана невозможно победить военным путем, они не будут готовы к переговорам. При такой ситуации война будет продолжаться. И пока не будет достигнут баланс сил между мировыми державами, в краткосрочной перспективе установление мира и стабильности в Афганистане останется невозможным.

Афганистан.Ру: Насколько успешным, на Ваш взгляд, был российский опыт в Сирии? Можло ли использовать этот опыт в Афганистане?

М. С.:       Усилия русских в Сирии были успешными, поскольку им удалось вывести большую часть Сирии из-под контроля ИГ и заставить оппозицию, по крайней мере, принять участие в переговорах. Сирийская вооруженная оппозиция была вынуждена, хотя и с опозданием, договариваться за столом переговоров.

Но в Афганистане мы видим совершенно иную картину. Региональные покровители «Талибана» дают ему надежду на свержение нынешнего афганского правительства и побуждают к продолжению войны. И это несмотря на то, что «Талибан» мало чем отличается от прочих террористических группировок, в том числе ИГ. У талибов и «Исламского государства» различаются только тактики, тогда как их мировоззрение остается одинаковым, несмотря на разницу в действиях. По сравнению с «игиловцами» талибы более прагматичны. Поскольку «игиловцы» вступили в войну недавно, они действуют грубее и радикальнее. Но тоталитаризм «Талибана» не слишком отличается от тотолитаризма «ИГ» и прочих радикальных группировок во всем мире. Целью «Талибана» является создание исламского халифата в Афганистане.

Когда американцы понадеялись на то, что они смогут работать с талибами и обеспечивать собственные интересы, они совершили большую ошибку. Страны, которые сейчас поддерживают «Талибан», точно так же будут разочарованы.

Беседу вел Фердоус Кавиш

Россия

Другие материалы

Читайте также

Главные темы



Мы на связи

Авторы

КАЗАНЦЕВ Андрей
АЗИЗ Залмай
САРХАД Зухал
ВЕРХОТУРОВ Дмитрий
ЭБАДИ Сагар
ХАСАН Шерхасан
Все авторы